123
Карта сайта
Поиск по сайту



Rambler's Top100 Rambler's Top100

Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии | Этнография Западной Сибири | Библиотека сайта | Архив сайта | Контакты
Этноархеологические исследования | Полевой архив | Этнографические заметки | Этнографическая экспозиция МАЭ ОмГУ | ЭтноФото | Этнография Омского Прииртышья
Публикации 2008 | Конференции 2008 | Экспедиции 2008 | Конференции 2009 | Публикации 2009 | Экспедиция 2009 | Гранты 2010 | Конференции 2010 | Экспедиции 2010 | Публикации 2010 | Гранты 2011




Исследование выполнено при финансовой поддержке
РГНФ в рамках  научно-исследовательского проекта
«Этносоциальная структура населения Среднего
Прииртышья в XVIII веке: от источника к образу»,
проект 10-01-00498а

 

Н.В. Кабакова
Россия, Омск, Сибирская государственная
автомобильно-дорожная академия


ПЕРВОПОСЕЛЕНЦЫ ЛОГИНОВСКОГО ПОГОСТА
ТАРСКОГО УЕЗДА ТОБОЛЬСКОЙ ГУБЕРНИИ В XVIII в.:
социально-демографическое развитие

 

Старинная деревня Логиново, основанная на берегу Иртыша, в исторических документах долгое время именуется «погостом». Именно такое название присутствует в Дозорной книге Тарского уезда 1701 г., ревизиях XVIII в. Само наименование данной административно-территориальной единицы пришло в землю Сибирскую из Новгородчины, а там, в свою очередь, было установлено издревне, еще княгиней Ольгой, утвердившей в X в. новую систему сбора дани – уроки. Князья, собиравшие эти уроки, останавливались на «погостах». В дальнейшем погостами стали называть населенные пункты – деревни с церквями и кладбищами при них.

А вот само наименование погоста – Логиновский – было получено от фамилии одного из первооснователей поселения, татарского толмача, Митки Иванова сына Логинова, то есть Дмитрия Ивановича Логинова. Помимо самого Логинова, Дозорная книга Тарского уезда в 1701 г. упоминает и глав семейств, других жителей Логинова погоста – первопоселенцев Петрушку Прокопьева сына Ненилина, Алешку Прокопьева сына Ненилина, Андрюшку Семенова сына Немчинова, Алешку Семенова сына Немчинова, Гришку Иванова сына Коршунова и Федку Семенова сына Неупокоева [3, л. 194об.–197]. В общем же, в Логиново зафиксировано в 1701 г. 7 семейств, включавших 22 душ мужсколго пола (далее – д.м.п.), в списке перечислено 5 фамилий. Все они, как будет показано далее – люди служивые.

На протяжении последующих ста лет, в течение XVIII в., Логиновский погост будет разрастаться (табл. 1). Так, ревизия Сибирской губернии 1747 г., проводимая генерал-майором и лейб-гвардии майором Чернцовым и ревизором Сибирского гарнизона Тобольского пехотного полка подпоручиком Лукой Разумным, зарегистрировала здесь 20 семейств, включавших 60 д.м.п., перечислила уже 16 фамилий [4, л. 78об.–81об.]. Через 16 лет, в ходе переписи 1763 г., отмечено наличие 21 семейства с 80 д.м.п. (количество фамилий осталось неизменным) [5, л. 197 об.–202]. В 1781 г. (по материалам IV ревизии) в селении проживало 34 семьи, 135 д.м.п. и 21 фамилия. И, наконец, в 1794 г. Логиновский погост включал 38 семейств со 118 д.м.п., при этом указаны 22 фамилии [6, л. 629–655].

Таблица 1

Динамика численности семей, фамилий и мужского населения Логиновского поста Логиновской волости Тарского уезда
Тобольской губернии в течении XVIII в.

Год

Динамика численности

семей

фамилий

д.м.п.

1701

7

5

22

1747

20

16

60

1763

21

16

80

1781

34

21

135

1794

38

22

118

Итак, сведения Дозорной книги Тарского уезда 1701 г. и последовавших в XVIII в. ревизских переписей свидетельствуют, что на протяжении столетия численность семей, проживавших в Логиновском погосте, увеличилась в 5,4 раза, тогда как количество фамилий, зафиксированных документами, повысилось в 4,4 раза, а мужское население превзошло изначально имевшееся в 5,3 раза. В данной статье мы не ставим целью подробно изучать причины подобных изменений, поскольку такое исследование нами уже было проведено ранее [7]. В настоящей работе наше внимание будет обращено на изменения социально-демографического порядка, происшедшие в течении XVIII в., исключительно в семьях первопоселенцев, являвшихся основоположниками Логиновского погоста. Это, как уже отмечено ранее, 7 семей – Логиновы, 2 семьи Ненилиных, 2 семьи Немчиновых, Коршуновы и Неупокоевы.

Дозорная книга Тарского уезда сообщает, что Митка Логинов был сыном конного казака, родился в Таре. В 1701 г. У него было 4 сына. Трое из них – служивые люди – Нефедка – «в пятидесятниках», «Митка да Петрушка – в литве». Возраст этих сыновей документ не сообщает. Но, судя по тому, что в последнюю очередь (как это было принято – по порядку) назван четвертый сын Митки – «Илюшка пятнадцати лет», старшие сыновья были уже достаточно зрелые люди. К тому же у них самих имелись дети: у Нефеда – Ивашко девяти лет, Митка шести лет, у Митки – Оска семи лет.

Помимо четырех сыновей и трех внуков, у Дмитрия Ивановича Логинова имелись дворовые люди – Якушко Петров кабальной колмычанки, Ивашка Нефедев 12 лет, Оска Петров, 6 лет. В целом же, вместе с главой семейства, двор Логинова включал 11 душ мужского пола.

Основательным выглядело и хозяйство Дмитрия Логинова. Это 10 лошадей, 30 единиц рогатого скота, 20 овец, «под пашни земли и под пустоши … поскотин и лесных и болотных мест сто десятин. Сенных у него покосов на той земле на пят сот копен…» [3, л. 194об.]. Помимо этого Логинов «…в межах вверх по Нюхоловке речке от бухарского места по чистое болото и по Нюхоловку речку и по нюхоловские розвилины владеет по подписной челобитной и по отводной памяти у него ж вверх по Иртышу реке от Сухова озера Улунбаевского от речки до Белого озера и по городовую болшую дорогу и подле речки Иртыша владеет по выписи с 1685 году…» [3, л. 195].

Будучи служилыми, Дмитрий Логинов и его сыновья получали государево жалование – «девять рублев с четвертью» – Митка, «семь рублев с полтиной» – Нефедка, «семь рублев» – Петрушка [3, л. 194об.].

В ревизии 1747 г. зафиксировано уже 3 семейства Логиновых. Главой первого из них назван Осип Петров сын Логинов, 55 лет, у которого к тому времени имелся сын Семен, 30 лет [4, л. 78]. Возможно, Осип был сыном Петрушки и, следовательно, внуком Митки Логинова. Однако, существует и другая вероятность. Как было отмечено ранее, в семействе Логиновых в 1701 г. были дворовые. И среди них – Оська Петров, шести лет. Поэтому если предположить, что дворовый Оська был отпущен из дворовых, крещен и, как это нередко случалось в подобных случаях, получил фамилию Логиновых, то именно он и возглавил одно из семейств Логиновых в сер. XVIII в. Несовпадение возраста, а эта разница составляет 3 года, не может являться поводом для отрицания подобной возможности, ибо в документах той поры такие огрехи встречались нередко.

О том, что такие ситуации не были редкостью, свидетельствуют материалы, приводимые в работах М.М. Громыко [1], Н.А. Миненко [10]. Специальные исследования, посвященные иноэтническим корням русских семейств Тарского Прииртышья, осуществляет в настоящее время А.А. Крих, которая, на основании анализа списков ревизий ряда населенных пунктов, приводит примеры крещения дворовых калмыков и получения ими фамилий своих хозяев [9, c. 55–56].

Глава второго семейства Логиновых – Федор Ильин сын, 30 лет, так же внук Дмитрия. О детях Федора в этой ревизии не говорится ничего, но указано, что у того имеется племянник Александр, 10 лет (сын его младшего брата Ивана Логинова, о котором Дозорная книга не упоминает, поскольку он, очевидно, появился на свет позже 1701 г.).

Наконец, третья семья – Ивана Петрова сына Логинова, 39 лет, у которого был в 1747 г. сын Иван, 4-х лет.

Таким образом, в течение 46 лет, прошедших между переписями, из семьи первооснователя Логиновского погоста выделилось 3 семьи Логиновых. И, если первоначально, в 1701 г., в составе семьи имелось 8 д.м.п., то в 1747 г. составе трех семейств было 6 д.м.п.

III ревизия, проводимая в Российской империи, учла в Логиновском погосте в 1763 г. 4 семьи Логиновых. В первой названы все те же Осип Петров и его сын Семен, но они отмечены как находящиеся «…в городе Тобольску с 1736 году…» [5, л. 197об.]. Глава второго семейства Федор Ильин сын Логинов так же отсутствует в первоначальном месте своего пребывания, т.к. находится в «… по присланной промемории ис Томского магистрата…» как живущий в Томске [5, л. 197 об.]. А вот названный в предыдущей переписи племянником Федора Александр в 1763 г. указан уже как глава отдельного семейства, имеющий жену и трехлетнего сына Петра. Четвертое семейство возглавил Иван Иванов сын, 23 лет, холостой. Произошло это после смерти его отца Ивана Петровича в 1756 г. Иван Иванов сын – это был правнук первооснователя семейства Митки Логинова. Вместе с ним записаны его мать, Татьяна Иванова, 71 года, и сестра Анна, 21 года [5, л. 202].

Как видно, в 60-х гг. XVIII в. в Логиновском погосте проживало в действительности 2 семейства Логиновых, которые возглавляли потомки первооснователя погоста, его правнуки Петр Александров сын и Иван Иванов сын.

В 1795 г. исповедные списки жителей Логиновского села Николаевской церкви фиксируют 5 семейств с фамилией Логиновы. Это, во-первых, семья отставного солдата Ивана Дмитриева сына, вдовца, которому 73 года, он имеет дочь Анну, 31 года [2, л. 115]. Каким образом появился Иван в Логиновском, церковные документы не упоминают, а в ревизии он не показан.

Остальные семьи Логиновых названы как крестьянские. Все они – потомки первооснователя Митки Логинова. Это семейство Василия Семенова сына, 48 лет (внук бывшего дворового Оськи Петрова), с его женой Анной Андреевой, которая родила к тому времени семерых детей (в живых остались пятеро, из которых трое сыновей) [2, л. 117 об.]. Главой следующей семьи Логиновых исповедные ведомости называют Никиту Иванова сына, 42-х лет, а вместе с ним его жену и трех сыновей [2, л. 119]. Семья Никиты Логинова в ревизских документах также не упоминается. Четвертую семью Логиновых составляют пять человек: Петр Александров сын, 36 лет, его жена и двое детей – Василий, 10 лет, и Параскева, 11 лет, и брат Гаврило, 24 лет. И, наконец, пятое семейство – Ивана Ивановича Логинова, 43 лет, включающее жену и 10 детей (5 сыновей и 5 дочерей) [2, л. 120]. В то же время, ревизские сказки показывают, что семья Ивана Логинова перебралась в деревню Мартынову Бергамацкой волости и в ревизии 1794 г. в Логиновском уже не фиксируется [6, л. 651 об.].

Таким образом, в целом церковные документы регистрируют в Логиновском селе в 1795 г. Логиновых 5 семейств и в них 18 д.м.п., тогда как ревизские сказки лишь 2 семьи с 7 д.м.п.

В существовании семейства Ненилиных, других первооснователей Логинова погоста, также в течении XVIII столетия произошли перемены.

Сам конный казак Петрушка Прокопьев был родом Тарского города, рейтарским сыном. В 1701 г. Дозорная книга указывает, что у него было два сына – «Максимко, пяти лет, и Федка, трех лет» [3, л. 195]. В хозяйстве имелось «скота пять лошадей з жеребет рогатова то ж три овцы», а еще «…пашни у него паханные пол трети десятины в поле а в дву потому ж. Да непаханной залежной земли и пустоши двадцать десятин в межах … Сенных у него покосов против деревни за речкой Иртышом в лугу на сто копен владеет по общей даной с Миткой Логиновым…» [3, л. 195–195об.]. Оклад, получаемый Петрушкой составлял «… денег семь рублев с четвертью хлеба три четверти с осминой и полтора четверика ржи два четверика с осминой …» [3, л. 195об.].
Другой Ненилин из Дозорной книги – литовского списка казак Алешка Прокопьев сын, родом Тарского города, сын конного казака. Вместе с ним назван его брат Микитка двенадцати лет. Возможно, что все эти Ненилины были родственниками. У Алексея в хозяйстве было три лошади и три коровы, он владел четырьмя десятинами пашен паханых, «…да непаханной залежной земли и пустоши в лесных месте двадцать десятин в межах та ево пашня вверх по речке Нюхоловке…», да имелись у него сенные покосы всего на 300 копен. А государево жалование его составляло «семь рублев с четвертью» [3, л. 195об.–196].
В ревизии 1747 г. указаны уже дети Петрушки – Иван Петров сын, 44 лет (с сыновьями Григорием, 12 лет, и Алексеем, 3 лет), и Алешки – Иван Алексеев сын, 26 лет (с сыновьями Яковом, 4 лет, и Никифором, 2 лет) [4, л. 79].

Перепись 1763 г. фиксирует все те же 2 семьи Ненилиных, но в них за истекшие 16 лет произошли перемены. Иван Петров сын умер в 1750 г., в возрасте 47 лет. И главой семьи указана его вдова – Наталья Ивановна, 76 лет. А вот сыновья Ивана, по-прежнему пребывая в составе отцовской семьи, сами уже женились и обзавелись детьми. У Григория – сын Иван, 4-х лет, и 2 дочери – Овдотья и Марья. А у Алексея – две дочери – Овдотья и Марфа. Вторую семью Ненилиных, как и в предыдущей ревизии, возглавляет Иван Алексеев сын, ему 45 лет, его старший сын Яков женат, а младший, Никифор, пока еще холост. И появилось 2 дочери – Прасковья и Федосья [5, л. 198.].

В пятой ревизии 1794 г. в Логиновском погосте перечислено 3 семьи Ненилиных, а в исповедных ведомостях того же времени – 5 семейств с такой фамилией. Семья Ивана Алексеева сына представлена в сказках как неразделенная, а в церковных документах зафиксированы 2 раздельные семьи сыновей Ивана – Якова (у которого родилось к тому моменту 10 собственных детей, из них – 5 сыновей, один из которых умер во младенчестве, а другой отправлен в рекруты) и Никифора (у которого было двое детей, причем единственный сын Сергей обзавелся к тому времени собственной семьей, но проживал совместно с отцом) [2]. Семейство Алексея Иванова Ненилина выглядит в документах конца XVIII в. как самостоятельное и в ревизских переписях, и в исповедных списках и включает жену главы семьи и четырех их дочерей [6, л. 630 об.; 2, л. 119 об.]. Третья семья Ненилиных, по материалам ревизской сказки, возглавлялась Иваном Григорьевым сыном, и являлась неразделенной семьей, включавшей, помимо собственного семейства Ивана с шестью детьми (тремя сыновьями), семью его брата Семена [6, л. 631 об.]. В то же время в исповедных ведомостях семьи этих родных братьев показаны как раздельные.

В целом же, к концу XVIII столетия количество мужчин в семьях Ненилиных включало уже 12 душ, т.е. выросло за прошедшее с написания Дозорной книги в 2,4 раза.

Фамилия следующих первооснователей Логинова погоста – Немчиновы. Это два брата – Андрюшка Семенов сын, Тарского города конного казака сын, и Алешка Семенов сын, также Тарского города конного казака сын. Оба они представлены в Дозорной книге как главы отдельных семейств. В семействе Алексея больше мужчин не указано, а в семье Андрея назван его брат Матешка «осми лет». Помимо этого, Дозорная книга свидетельствует, что у литовской сотни казака Андрюшки «…скота две лошади рогатого то ж а оклад ему … Великого Государя жалованья денег семь рублев с четвертью служит с хлебным окладом … Сенных у него покосов за рекой Иртышом в лугу на сто копен владеет…». А у черкасской сотни казака Алешки «... две лошади две коровы а оклад ему … Великого Государя жалования денег семь рублев с четвертью. А за хлебной полный оклад служит с пашни а пашни у него паханые за рекою Иртышем в дуброве полторы десятин в поле а в дву потому ж да непаханой залежной земли и пустоши и с лесных мест двенадцать десятин в межах та его пашня подле речки Нюхоловки в межах … Сенных покосов за рекою Иртышем против деревни в лугу на сто копен владеет…» [3, л. 196–196об.].

Однако в дальнейших переписях ни сам Алешка Немчинов, ни его потомки не упоминаются. В то же время Андрюшка и его брат Матешка положили начало многочисленному роду Немчиновых в Логиновском погосте. В переписи 1747 г. назван сын Андрюшки – Осип Андреев сын, 31 года, а, кроме того, Матвей Семенов сын (по-видимому, ошибочно записано, что ему 70 лет) с собственными сыновьями Ильей, 18 лет, и Федором, 16 лет [4, л. 79–79об.].

В III ревизии (1763 г.) Немчиновы представлены следующим образом. Осип Андреев сын, умерший в 1755 г., оставил двоих сыновей – Алексея, 16 лет, Ивана, 9 лет, и дочь Домну, 8 лет. Матвей Семенов сын так же умер в 1763 г. Его старший сын Илья переехал жить в Тару в 1757 г., а вот младший Федор, которому исполнилось 35 лет, имел свою семью, включавшую жену Марью Андрееву, троих детей – сына Мартына и дочерей Федосью и Вассу, а также племянника Ефима, 11 лет [5, л. 198об.–199].
В V ревизии (1794 г.) названо 2 семьи Немчиновых – Алексея Осипова сына и Федора Матвеева сына (6, л. 632об.–633об.), а в исповедных списках за 1795 г. – пять семей. Численность мужского населения по мужской линии среди Немчиновых к концу XVIII в. составила в целом 17 душ, что демонстрирует рост в 8,5 раз по сравнению с 1701 г.

Еще одна фамилия, зафиксированная в Дозорной книге по Логиновскому погосту Тарского уезда – Коршунов. О нем сказано следующее: «Литовской сотни казак Гришка Иванов сын Коршунов сказался родом де он Гришка Тарского города конного казака сын. Скота у него две лошади рогатова то ж две овцы а оклад ему Гришке Великого Государя жалованья денег семь рублев с четвертью. А за хлебной полной оклад служит с пашни а пашни у него паханые на Миткиной земле Логинова полторы десятины в поле а в дву потому ж. Сенных у него покосов за рекой Иртышем на сто копен…» [3, л. 196 об.]. Спустя 46 лет в Логиновском проживал Иван Григорьев сын Коршунов, 36 лет, у него сын Петр, 2 месяца [4, л. 81]. А в 1758 г. Иван Григорьев умер, оставив жену, двоих сыновей – Петра (19 лет) и Козму (17 лет) и дочь Матрену (6 лет) [5, л. 202–202 об.]. Однако, ни в последующих ревизиях, ни в церковных документах фамилия Коршуновых в списках жителей данного населенного пункта более не встречается. Причиной подобного исчезновения мог стать переезд всего семейства на новое место.

И, наконец, пятая фамилия, упоминающаяся в Дозорной книге Тарского уезда 1701 г. по Логиновскому погосту – Неупокоевы. Главой семьи назван казачий сын Федка Семенов сын Неупокоев, родом он из Тарского города. У него был трехлетний сын Стенка (?). Хозяйство Федки составляли две лошади, корова, три десятины пашни в поле, 20 десятин – в межах, сенных покосов – 100 копен [3, л. 196 об.–197].

В ревизии 1747 г. названо уже пять Неупокоевых, но среди нет ни самого Федки, ни его сына Стенки. Очевидно, глава семьи Алексей Васильев сын, 51 года, – какой-то родственник первооснователя погоста. Возможно, что появился он в Логиново после 1701 г. и потому в Дозорную книгу не попал. У Алексея назван сын Гаврило и внуки – Егор, Алексей и Осип [4, л. 79 об.]. А в 1763 г., после смерти Алексея Васильева сына, последовавшей в 1760 г., у него осталась большая семья, состоящая из восьмерых детей, из которых сыновей – семеро, и трое сами имели уже свои семьи, находясь в составе большой неразделенной семьи [5, л. 199–199 об.]. В целом же число д.м.п. этой семьи составляет 9 человек (по данным третьей ревизии).

И, наконец, в пятой ревизии (1794 г.) семьи крестьян с фамилией Неупокоевы названы 2 раза (в исповедных списках за 1795 г. – 5 раз), мужчин в них по церковным документам числилось 12 человек. На деле, конечно же, потомков первопоселенцев Неупокоевых было существенно больше, и об этом свидетельствуют материалы ревизий, где сказано, что в 1780-е гг. значительная часть Неупокоевых перебралась на новое место жительства в деревню Неупокоеву Бергамацкой волости.
Итак, нам удалось проследить судьбы потомков первооснователей Логиновского погоста на протяжении XVIII в. Для этого использовались следующие документы – Дозорная книга 1701 г., ревизские переписи 1747, 1763, 1794 гг. и исповедные списки 1795 г. Конечно, все эти документы различны по своему содержанию [8], но они в комплексе позволяют получить представление о социально-демографических изменениях, происшедших в составе мужского населения. Картина эта позволяет убедиться в том, что первопоселенцы – служивые люди, обосновавшись в Логиновском погосте, сумели укорениться на новом месте, дали жизнь своим детям, а потом поддерживали внуков. Расширив свои хозяйства, все они перешли в состав новой социальной категории, превратившись из служивых в крестьян. И документы второй половины XVIII в. – ревизские сказки и исповедные ведомости – называют потомков первооснователей уже крестьянами.

Список литературы и источников

1. Громыко М.М. Западная Сибирь в XVIII в. Русское население и земледельческое освоение. – Новосибирск, 1965. – С. 94.

2. ГУ ИсА (Государственное учреждение «Исторический архив Омской области»). Ф. 16. Оп. 2. Д. 28.

3. ГУ РГАДА (Государственное учреждение «Российский государственный архив древних актов»). Ф. 214. Оп. 1. Д. 1182.

4. ГУ РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 3520.

5. ГУ РГАДА. Ф. 350. Оп. 2. Д. 3521.

6. ГУТО ГАТ (Государственное учреждение Тюменской области «Государственный архив в г. Тобольске»). Ф. 154. Оп. 8. Д. 144.

7. Кабакова Н.В. Село Логиновское: некоторые аспекты демографического развития // Сибирский субэтнос: традиции, культура, ментальность: материалы Пятой Всерос. с междунар. участием науч.-практ. интернет-конференции 2009 г. – Красноярск: РИО Краснояр. пед. ун-та, 2009. – Вып. 5. – С. 208–223.

8. Кабакова Н.В. Формирование населения южных уездов Тобольской губернии в конце XVIII – первой половине XIX вв. – Омск: Изд-во Сиб. авто-дор. ин-та, 2008. – С. 32–40.

9. Крих А.А. Иноэтнические корни русских семей Тарского Прииртышья (вторая половина XVIII–XIX вв.). – Социально-экономическое и историко-культурное наследие Тарского Прииртышья: материалы IV науч.-практ. конф., посв. памяти А.В. Ваганова. – Тара: Изд-во А.А. Аскаленко, 2009. – С. 52–58.

10. Миненко Н.А. Источники пополнения и социальный состав населения западносибирской деревни в начале XVIII в. – Социально-демографическое развитие сибирской деревни в досоветский период. – Межвуз. сб. науч. трудов. – Новосибирск: изд-во Новосиб. пед. ин-та, 1987. – С. 20–31.
 

Статья опубликована: Кабакова Н.В. Первопоселенцы Логиновского погоста Тарского уезда Тобольской губернии в XVIII в.: социально-демографическое развитие // Интеграция археологических и этнографических исследований: сб. науч.тр. – Казань; Омк, 2010. – Ч. 1. – С. 122–126.

Copyrigt © Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии
Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского
Омск, 2001–2016