123
Карта сайта
Поиск по сайту



Rambler's Top100 Rambler's Top100

Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии | Этнография Западной Сибири | Библиотека сайта | Архив сайта | Контакты
О кафедре | Учебная деятельность | Студенческая страничка | Научная деятельность | Научные конференции | Экспедиции | Партнеры
Немцы Сибири | Отчеты о конференциях | Конференции 2008 | Былое
Культурология традиционных сообществ | Немцы Сибири 2002 | РАЭСК XLII | V Конгресс этнографов и антропологов России | Конференция, посвященая 30-летию ОмГУ
1 | 2 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 3 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | 19 | 20 | 21 | 22 | 23 | 24 | 25 | 26 | 27 | 28 | 29 | 30 | 31 | 32 | 33 | 34 | 35 | 36 | 37 | 38 | 39 | 40 | 41 | 42 | 43 | 44 | Конкурсные работы


Л.Б. Герасимова
Омск, государственный университет
СТРУКТУРА СЕМЬИ РУССКОГО КРЕСТЬЯНСКОГО НАСЕЛЕНИЯ СРЕДНЕГО ПРИИРТЫШЬЯ

Семейный строй населения и его особенности представляются важным свидетельством для характеристики этнических процессов. Сложение и развитие русской крестьянской семьи в Сибири неразрывно связаны с историей заселения и хозяйственного освоения сибирских пространств переселенцами. Создание постоянного сельского населения происходило различными путями и с разной интенсивностью в отдельных районах в тот или иной период, что наложило отпечаток и на формирование крестьянской семьи.

Изучение семьи сопряжено с известными трудностями, которые обусловлены характером и состоянием источников. Вопросы, связанные с семьей, могут быть исследованы "только косвенным образом, поскольку семья никогда не была объектом, о котором собирались бы специальные сведения во время дореволюционных переписей" (Юхнева Н.В., 1981. - С. 43). Историю крестьянской семьи в XVIII - XIX вв. можно проследить по массовым материалам представленным в таком виде источников как ревизские сказки. Ревизии второй половины XVIII в. дают более точные сведения о составе населения, так как, начиная с третьей ревизии, в них фиксировались не только мужчины, но и женщины.

Нами для анализа структуры семьи было выбрано 8 населенных пунктов Среднего Прииртышья, в которых проживают две группы русского крестьянского населения (старожилы и переселенцы). Это - с. Бергамак (ранее слобода Бергамакская), д. Курнева, д. Луговая, с. Мыс (ранее дер. Мысовая; Мысовская) и д. Самохвалова Муромцевского района Омской области, ранее принадлежащие Бергамакской волости Тарской округи Тобольской губернии, с. Усть-Тарское (ранее Устарское) Тарского района Омской области, ранее принадлежавшее Логиновской волости Тарской округи Тобольской губернии, а также с. Могильно-Посельское (дер. Могильно-Посельщичья) и дер. Могильно-Старожильская (Могильная Старожильская) Большереченского района Омской области, ранее приписанные к Карташевской волости Тарской округи Тобольской губернии.

Первоначальное русское население районов Западной Сибири состояло в основном из мужчин, пришедших в одиночку (Бояршинова З.Я., 1967. - С. 5-7; Шунков В.И., 1956. - С. 266-268). Первым этапом создания семей у русского населения Сибири был перевоз родственников с "Руси", у осевшего населения преобладали семьи, которые по своей форме относились к малой семье. В начале XVIII в. там стал наблюдаться рост неразделенных семей. Традиция востановления неразделенных семей была обусловлена прежде всего хозяйственными соображениями.

Во второй половине XVIII в. в развитии крестьянской семьи начал проявляться новый этап. К тому времени во многих местах происходили разделы старожильческих семей, чему способствовали отмена государевой пашни (с 1760-х гг.) и перевод крестьян на повинность в денежной форме. Кроме того, путем разделов крестьяне стремились избавиться от рекрутской повинности, так как общины стремились выделить рекрутов в первую очередь из многолюдных семей. Аналогичная ситуация имела место в тех районах юга Западной Сибири, где процесс первоначального освоения завершился: в Тарском округе средние размеры крестьянских семей в 80-90-х гг. XVIII в. колебались по волостям от 2 до 3,2 души мужского пола, а типичными были семьи в 1-3 души мужского пола (Миненко Н.А., 1979. - С. 44).

По данным IV-й ревизии 1782 г. в слободе Бергамакской семья состояла из 3,2 души мужского пола и 3,1 души женского пола, типичными были семьи в 1-4 души мужского пола. Исключение составляла семья Лисина Ивана Дмитриева, состоящая из 18 душ мужского пола и 13 душ женского пола, и семья Мельникова Михайло Никитина, состоящая из 20 душ мужского пола и 16 душ женского пола (ТФ ГАТО. Ф. 154. Оп. 8. Д. 31. Л. 4 об. - 5 об.). Семья Мельникова была четырехпоколенной неразделенной братской семьей. Из общей картины исследуемых сел выбивается дер. Могильно-Посельская. В данном населенном пункте по данным 1782 г. на одну семью приходится 1,4 душ мужского пола и столько же женского. Это можно объяснить ее недавним заселением и местом выхода переселенцев из Европейской части России, по сравнению, к примеру, с вновь заселившейся дер. Могильно-Старожильской, куда прибывали люди из близлежащих мест и везли с собой семьи целиком.

Далее нами исследовались 3 деревни Бергамакской волости, которые в V-й ревизии 1795 г. обозначены как "вновь заводимая деревня Курнева после ревизии", "вновь заводимая деревня Луговая после ревизии", "вновь заводимая деревня Самохвалова после ревизии" (ТФ ГАТО. Ф. 154. Оп. 8. Д. 63. Л. 115 - 118 об., 111-114, 101-108 об.). По данным архива мы видим, что из 3-х деревень выделяется д. Самохвалова своим меньшим количеством душ на одну семью. Это объясняется тем, что д. Луговая и д. Курнева заселялись из близлежащих населенных пунктов - деревень Дурновой, Муромцовой, слободы Бергамакской Бергамакской волости и села Логиново Логиновской волости, а в д. Самохвалову основная масса людей ехала из Ялуторовской и Тюменской округи.

Таким образом, к концу XVIII в. на юге Западной Сибири малая семья вновь стала господствующей формой семьи, как и в начальном периоде освоения Сибирских земель. Но между малой семьей, существовавшей у первого поколения сибирского крестьянства, и такой же по форме семьей во второй половине XVIII - начале XIX в. были отличия. Во-первых, отличительной особенностью вторичной малой семьи по сравнению с первоначальной могло быть сокращение числа лиц, не имевших наследников, ибо у первых насельников не всегда был полный состав семей и не все из них имели возможность заводить детей. Во-вторых, вторичная малая семья была более многолюдной (Этнография русского крестьянства Сибири, 1981. - С. 24).

В целом по Сибири в течение XVIII в. средний размер крестьянской семьи уменьшается. К концу XVIII в. малые двухпоколенные семьи составляли в рассматриваемом районе примерно 56% всего количества семей (Липинская В.А., 1985. - С. 52). В 8 исследуемых населенных пунктах количество двухпоколенных семей составило в это время 49,3% от общего количества семей. Семей, состоящих из одного поколения, было 74 или 32,6%. По разным населенным пунктам соотношение сложилось различное. Так, в слободе Бергамакской и д. Луговой преобладающими являлись семьи из трех поколений (14 семей - 40% и 4 семьи - 80% соответственно). В д. Могильно-Старожильской, Мысовской, Устарской и Самохваловой преобладали семьи двухпоколенные - 17 или 60,7%, 3 или 60,0%, 17 или 56,6%, 17 или 70,8% соответственно. Но в д. Могильно-Старожильской на втором месте по количеству были семьи однопоколенные - 7 или 25,0%, а в трех других - трехпоколенные. В д. Мысовской семьи, состоявшие из одного поколения вообще отсутствовали, как, впрочем и четырех поколенные; оставшиеся 40% - составляли две трехпоколенные семьи. А в д. Могильно-Посельской 52 семьи (54,2%) составляли однопоколенные семьи и 44 (45,8%) двухпоколенные. В д. Курневой из 4 семей 2 были двухпоколенными и 2 - трехпоколенными. Четырехпоколенные семьи были редкостью - только в слободе Бергамакской было 2 семьи, что составило 0,9% от общего количества семей конца XVIII в.

Видимо, разница в поколенном составе семьи зависела от времени и источников заселения населенных пунктов. Бергамакская слобода, как заселившаяся раньше других, имела в составе семей все варианты поколений - от одного до четырех. В д. Устарской не было только четырехпоколенных семей. В д. Могильно-Посельской отсутствовали трех- и четырехпоколенные семьи, так как заселялась она незадолго до ревизии и семьи прибывали из Европейской России в "удобном" для дальних переездов составе. В д. Самохваловой нет только четырехпоколенных семей, что объясняется, видимо, не столь дальним местом выхода как Европейская Россия, а также тем, что заселялась она в основном экономическими крестьянами, которых перевели по указу Тобольской казенной палаты. Могильно-Старожильская не имела только семей, состоящих из четырех поколений, а деревни Курнева, Луговая и Мысовская - одно- и четырехпоколенных, что объясняется, хотя и более поздним их заселением по сравнению с тремя другими населенными пунктами, но близлежащими местами выхода переселенцев, что позволяло везти с собой семьи в полном составе.

В первые десятилетия XIX в. ситуация с людностью крестьянской семьи изменилась мало. В 6 населенных пунктах произошел некоторый рост населенности крестьянской семьи, в 1 - некоторое уменьшение, а в 1 - не изменилось. К середине века размеры крестьянских семей росли и достигли довольно значительной величины во всех исследуемых населенных пунктах, кроме д. Луговой. В этой деревне количество душ на одну семью уменьшилось, но увеличилось общее количество семей (с 4 до 20). Это произошло в связи с тем, что семьи разделились. Так, семья Дмитрия Федорова Лисина, которая в ревизию 1811 г. имела 24 души мужского пола, разделилась на 6 семей. Но рост размеров семьи шел не столько за счет усложнения ее структурно-поколенного состава, сколько за счет увеличения числа детей. Особенно это заметно на примере д. Могильно-Посельской и д. Самохваловой, в которых крестьянские семьи выросли с 1,4 и 3,2 душ мужского пола в конце XVIII в. до 4.0 и 4,9 душ мужского пола соответственно в середине XIX в, и стали по количеству душ на семью самыми большими из исследуемых населенных пунктов.

Увеличение людности семей в первой половине XIX в. происходило за счет увеличения рождаемости и уменьшения смертности детей. Это свидетельствует о том, что крестьяне освоились с местными природными условиями, встали на ноги, увеличивали хозяйство и, следовательно, с одной стороны им требовалось больше рабочих рук, а с другой - они могли эти "руки" прокормить. Имело значение и ослабление темпов дробления семей, что, видимо, надо связывать с указом Сената от 30 марта 1823 г. "О воспрещении казенными крестьянами из больших делиться на малые", так как правительство видело главную причину дробления крестьянских семейств в порядке отбывания рекрутской повинности.

В южной части Западной Сибири в конце XVIII - первой половине XIX в. можно увидеть немалый приток переселенцев из Европейской России и из соседних северных округов. Однако влияние миграций на динамику размеров семьи в разных частях юга Западной Сибири оказывалось различным. Если обратиться к Тарскому округу, то здесь в первых десятилетиях XIX в. существовала семья, которая по составу и количеству душ на одну семью была близка семье конца XVIII в. Во второй четверти XVIII в. здесь происходило увеличение людности крестьянских семей. Исследователи писали, что преобладающими стали семьи, состоявшие из трех поколений, они составляли 48%, тогда как двухпоколенные занимали уже второе место и составляли 36% всего количества семей (Бояршинова З.Я., 1967. - С. 7; Миненко Н.А., 1979. - С. 38). По данным ревизских сказок за 1850 г. мы проследили развитие русской крестьянской семьи данного региона. В это время для всех исследуемых пунктов было характерно увеличение людности семьи, а по поколенному составу число двух- и трехпоколенных семей было приблизительно одинаковым, с небольшим перевесом в сторону семьи из трех поколений - 41,4% и 36,1% соответственно.

В целом же развитие крестьянской семьи в районе Среднего Прииртышья шло примерно также, как в более северных районах. Среди больших преобладали отцовские неразделенные семьи. Важно отметить, что даже большие семьи, как правило, не имели более 7-7,5 душ мужского пола. Были, разумеется, и исключения. В дер. Могильно-Посельской по 9-й ревизии (1850 г.) в семье Алимпия Григорьева Артемьева, 63 лет было 17 душ мужского пола и 10 душ женского пола. Семья была трехпоколенной и состояла из отца с матерью, четырех их женатых сыновей с детьми и двух неженатых сыновей и одной дочери - девицы. Возрастные рамки в семье были от 63-х лет до 3-х месяцев. Это была так называемая отцовская неразделенная семья. Семья Тараса Яковлева Балова из дер. Могильно-Старожильской была неразделенной братской. Шестеро женатых и детных братьев жили под главенством старшего брата, с ними же жила их мать. Всего в семье было 12 душ мужского пола и 15 женского.

Неразделенная семья систематически регенерировалась на основе малой, но, не будучи неизменно существующей, в зависимости от местных обстоятельств, через относительно короткое время, распадалась. История неразделенных семей - отцовских и братских, как вторичных образований, свидетельствует об их подчиненности семье малой.

В конце XIX - начале XX в. преобладали семьи из двух, реже трех поколений прямых родственников. Семья из двух поколений: родителей и их детей, по материалам Первой всеобщей переписи населения 1897 г. составляла 53,3% от общего количества семей, на втором месте находились трехпоколенные семьи - 29,8%, на третьем - однопоколенные - 15%. В это же время наблюдается уменьшение численности семей до 2,5 душ мужского пола. Но и в этот период имелись исключения. В с. Бергамак по материалам переписи 1897 г. семья Елисеева Еремея Васильева, состояла из 11 душ мужского пола (всего 22 души обоего пола) и была братской неразделенной (ТФ ГАТО. Ф. 417. Оп. 2. Д. 2183. Л. 17-20).

Семья русского крестьянского населения Среднего Прииртышья, как и Сибири вообще, имела много общего по форме, составу, структуре с крестьянской семьей Европейской России. Эта общность определялась традиционными представлениями о формах семейного строя и быта, основывавшихся в свою очередь на опыте хозяйствования крестьянского двора. В Среднем Прииртышье, как и в Сибири в целом, развитие сельской семьи в изучаемый период шло от образования малых семей к постепенному разрастанию и превращению в неразделенные семьи, а затем, в результате деления последних, к вторичному распространению малых семей.

ИСТОЧНИКИ
Тобольский филиал Государственного архива Тюменской области. Ф. 154. Оп. 8. Дд. 31, 63, 295, 298, 301, 640, 643, 652.

Тобольский филиал Государственного архива Тюменской области. Ф. 417. Оп. 2. Дд. 2182, 2183, 2194, 2202, 2203, 2364, 2365, 2366, 2473, 2474, 3922, 3929.

ЛИТЕРАТУРА
Бояршинова З.Я. Крестьянская семья Западной Сибири феодального периода // Вопросы истории Сибири. - Томск, 1967. - Вып. 3. - С. 3 - 27.
Крестьянство Сибири в эпоху феодализма. - Новосибирск, 1982. - 504 с.
Липинская В.А. Семейно-брачные связи у русских крестьян Западной Сибири в конце XIX - начале XX в.// Культурно-бытовые процессы у русских Сибири. XVIII - начало XX в. - Новосибирск: Наука, 1985.  - С. 64-72.
Миненко Н.А. Русская крестьянская семья в Западной Сибири (XVIII - первой половины XIX в.). - Новосибирск, 1979. - 350 с.
Шунков В.И. Очерки по истории земледелия Сибири. XVII в. - М., 1956. - С. 397.
Этнография русского крестьянства Сибири XVII - середины XIX в. - М., 1981. - С. 3-26.
Юхнева Н.В. К методике использования статистических источников конца XIX - начала XX вв. в этнографических исследованиях // Методологические аспекты археологических и этнографических исследований в Западной Сибири. - Томск, 1981. - С. 41-43.

*Работа  опубликована в сборнике: Культурология традиционных сообществ: Матер. Всероссийск. науч. конфер. молодых ученых / Отв. ред. М.Л. Бережнова. - Омск: ОмГПУ, 2002. - С. 54-60.


 © Л.Б. Герасимова, 2002

Copyrigt © Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии
Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского
Омск, 2001–2016