123
Карта сайта
Поиск по сайту



Rambler's Top100 Rambler's Top100

Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии | Этнография Западной Сибири | Библиотека сайта | Архив сайта | Контакты
О кафедре | Учебная деятельность | Студенческая страничка | Научная деятельность | Научные конференции | Экспедиции | Партнеры
Публикации | Коллекция авторефератов
Глушкова Тамара Николаевна | Коровушкин Дмитрий Георгиевич | Бельгибаев Ержан Адильбекович | Бережнова Марина Леонидовна | Бетхер Александр Райнгартович | Волохина Ирина Валерьевна | Жигунова Марина Александровна | Золотова Татьяна Николаевна | Иванов Константин Юрьевич | Коломиец Оксана Петровна | Корусенко Михаил Андреевич | Корусенко Светлана Николаевна | Назаров Иван Иванович | Свитнев Алексей Борисович | Селезнева Ирина Александровна | Смирнова Елена Юрьевна | Ярзуткина Анастасия Алексеевна | Тихомирова Марина Николаевна | Титов Евгений Владимирович | Блинова Анна Николаевна


Золотова Татьяна Николаевна

КАЛЕНДАРНЫЕ ПРАЗДНИКИ РУССКИХ ТОБОЛО -
ИРТЫШСКОГО РЕГИОНА В КОНЦЕ XIX - ХХ ВВ.

Специальность 07.00.07 - этнография,
этнология и антропология

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени
кандидата исторических наук
 

Работа выполнена в секторе истории культуры русских
Омского филиала Объединённого института
истории, филологии и философии Сибирского отделения РАН
и в секторе национальных культур и межнациональных культурных отношений
Сибирского филиала Российского института культурологии

Научный руководитель  д-р ист.наук
профессор Н.А.Томилов

Защита состоялась  20 декабря 1997 г.

 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность поставленной темы основана на необходимости конкретного изучения отдельных этнографических групп русского населения, т.к. в настоящее время складывается тенденция опережения практического исследования быта и культуры на региональном уровне теоретическими обобщениями в более глобальном масштабе. Возросший интерес к традиционным календарным праздникам в последние годы требует уделить внимание тому, какие традиции существовали в данной местности, что явилось истоками этих празднеств, каковы были их функции и как изменялись роль и функции праздников в советский и постсоветский периоды.
Стремление к самопознанию и процесс создания современных обрядов, обычаев, праздников обусловили внимание общества к изучению традиционной культуры и предоставили своеобразный социальный заказ на исследование традиций, в частности, в празднично-обрядовой сфере.

Из вышесказанного вытекает и цель нашей работы - реконструировать и изучить систему традиционных календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона и выявить причины их изменения на протяжении конца Х1Х - ХХ вв.

Задачи, которые решаются в ходе исследования, следующие:

1) реконструировать годовой цикл календарных праздников в конце Х1Х - первой трети ХХ в.;

2) определить место календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона в общерусской традиции;

3) выявить наиболее общие культурные ареалы и локальные особенности календарных праздников населения данного региона;

4) дать структурно-функциональную характеристику календарных праздников населения выбранного для исследования региона;

5) рассмотреть современное состояние традиционных праздников и определить трансформационные элементы в их структуре;

6) определить, какие факторы влияли и влияют на формирование, развитие и трансформацию календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона.

Объект исследования. Исследуемое нами русское население проживает в регионе, расположенном в бассейнах рек Тобол и Иртыш. Заселение Зауралья и Западной Сибири в ХVI - начале XVIII в.  происходило, в основном, из северных губерний России. Во второй половине XVIII в. среди пришлого населения начинают преобладать выходцы из центрально-поволжских губерний, а с начала XIX в. увеличивается поток переселенцев из южнорусских районов. Значительную часть населения составляли казаки Сибирского казачьего войска, основная масса которого была великорусского происхождения, но встречались также малороссы, казахи, киргизы, калмыки, башкиры и мордва. В советский период волны массовых переселений наблюдались  в годы Великой Отечественной войны (эвакуация) и во второй половине 1950-х гг. (освоение целинных и залежных земель). С середины ХХ в. активно протекали урбанизационные процессы. По итогам Всесоюзной переписи населения 1989 г. численность русских в Тоболо-Иртышском регионе, включающем Курганскую, Омскую, Северо-Казахстанскую области, южную часть Тюменской, северную часть Кустанайской областей, составила около 3,5 млн человек.

Русское население данного региона можно разделить на две большие группы - северную (население северной таежной и северной лесостепной зон) и южную (население южной лесостепной и степной зон). Северная группа (по- преимуществу старожильческая) имеет традиционные связи с татарами, а также контактирует с латышами, эстонцами, чувашами и белорусами. В южной группе, состоящей, в основном, из поздних переселенцев, происходят контакты с казахами, украинцами, немцами, эстонцами и латышами. Календарные праздники, определяемые как празднества, знаменующие смену времен года, с одной стороны, и связанные с трудовой деятельностью и православной традицией - с другой. В структуру праздника вплетены обряды и обычаи, различие между которыми состоит в наличии или отсутствии символизма.

Предмет исследования - структура, функции, процессы изменений праздников, а также факторы формирования и развития праздничной культуры.

Историография проблемы. Интерес к русским народным праздникам обнаружился в середине XIX в. и нашел отражение в работах И.М. Снегирева (1838), И.П. Сахарова (1841), А.В. Терещенко (1848). Основы этнографического изучения русского населения Сибири были заложены трудами П.А. Словцова (1834, 1838), а многие интересные сведения о календарных приметах, поверьях и праздниках содержатся в опубликованных работах собирателей фольклора Е.А. Авдеевой (1837, 1842, 1849), А. Широкова (1844), В.В. Пассека (1840). В XIX - начале ХХ в. большую роль в сборе информации о русской материальной и духовной культуре играли периодические научные и научно-популярные издания - Записки различных отделов РГО, его "Вестник", "Этнографическое обозрение", "Живая старина", а в Сибири "Ежегодник Тобольского губернского музея" (наиболее интересны статьи Н.Л. Скалозубова, 1898, и П.А. Городцова, 1916), "Сибирская живая старина" и различные газеты ("Тобольские" и "Томские губернские ведомости", "Омские" и "Тобольские епархиальные ведомости", "Сибирский листок" и др.). 

Одновременно с собиранием фольклорного и этнографического материала происходило и его осмысление представителями различных школ и направлений, среди которых наиболее известны труды "мифологов" А.Н. Афанасьева, Ф.А. Буслаева , А.А. Потебни, Г.Ф. Миллера, "эволюционистов" Д.Н. Анучина, Н.Ф. Сумцова, Н.И. Кулишера, ученых, придерживающихся так называемой "теории заимствования" Н. Веселовского, Е.В. Аничкова, В. Миллера.

Изучением различных аспектов русских календарных праздников в советский период занимались Д.К. Зеленин (1906, 1909, 1916, 1927), Е.Н. Елеонская (1900, 1912), В.И. Чичеров (1957), В.Я. Пропп (1963), Л.М. Сабурова (1967, 1974), Г.А. Носова (1969, 1975), К.В. Чистов (1970, 1986), Г.Г. Шаповалова (1974), И.И. Земцовский (1975), Л.А. Анохина (1977), М.И. Шмелева (1977, 1989, 1995), Н.Н. Велецкая (1978), В.К. Соколова (1979, 1982), Т.С. Макашина (1982), Л.Н. Виноградова (1978, 1982, 1995), Н.И. Толстой (1978, 1990, 1995), Л.А. Тульцева (1982, 1985, 1989, 1992, 1995), Т.А. Бернштам (1983, 1988), А.К. Байбурин (1983, 1990, 1992), Г.С. Маслова (1984), С.Р. Будина (1989), А.Ф. Журавлев (1978, 1994) и др. Важную роль в теоретическом изучении календарной обрядности сыграл коллектив авторов во главе с С.А. Токаревым, исследовавший исторические корни обрядовых элементов (1983).
Вопросы духовной культуры, в том числе праздничной, оказались в центре внимания ученых, изучавших русское население Западной и Восточной Сибири - М.М. Громыко (1975, 1985, 1986), Н.А. Миненко (1979,1987, 1989, 1991), Ф.Ф. Болонева (1975, 1978, 1983, 1990, 1992, 1994), А.И. Куприянова (1985, 1987), В.А. Липинской (1989), Л.М. Русаковой (1989), О.Н. Шелегиной (1992), Е.Ф. Фурсовой (1994), П.Е. Бардиной (1995). Большую работу в области исследования обрядового фольклора западносибирского и уральского крестьянства проделали М.Н. Мельников (1965, 1970, 1981), Т.Г. Леонова (1969, 1975, 1996), Л.В. Новоселова (1974, 1975, 1977, 1980), А.И. Лазарев (1977).

Историографический анализ позволил сделать вывод о том, что трудами предшественников была создана теоретическая база для дальнейшего изучения русских и восточнославянских праздников и обрядов, накоплен и обработан огромный массив этнографического и фольклорного материала по традиционной праздничной обрядности русских, украинцев и белорусов Европейской России и Восточной Сибири, достаточно основательно изучены отдельные компоненты материальной и духовной культуры западносибирских крестьян, сделаны определенные шаги в сборе и обработке фольклорных данных в рассматриваемом регионе. Однако с этнографической точки зрения традиционные и современные календарные праздники русских Тоболо-Иртышского региона оказались практически не изученными.

Для изучения календарных праздников русских названного региона был привлечен новый и достаточно обширный круг источников. Основным источником нашей работы послужили экспедиционные материалы, собранные в ходе полевых работ в различных областях Западной Сибири и Северного Казахстана, опубликованные дореволюционные работы, лингвистические данные, сценарно-режиссерские материалы, сведения местной периодической печати и данные личного архива автора.

Экспедиционные этнографические исследования проходили под руководством сотрудников Омского государственного университета (ОмГУ) и ученых Омского филиала Объединенного института истории, филологии и философии СО РАН (ОФ ОИИФФ СО РАН) в Курганской (1993 г.), Кустанайской (1982), Омской (1978 - 1995 гг.), Северо-Казахстанской (1982 - 1984 гг.), Тюменской (1985, 1990 гг.) областях. Для обследования выбирались как старожильческие, так и позднепереселенческие села со смешанным составом населения. С 1984 г. материал по календарной обрядности собирался по разработанной автором программе. При сборе информации применялись методы интервьюирования, непосредственного наблюдения и метод фиксации явлений культуры. Опрашивались не только лица пожилого возраста, наиболее полно владеющие информацией о традиционных праздниках, но и представители младших возрастных групп, ответы которых создавали картину современного праздничного календаря. Информаторы старшего поколения, часть которых родилась ещё в конце прошлого столетия, сохранили в своей памяти рассказы родителей о праздниках конца XIX в., а сами они являлись участниками празднеств первой трети ХХ в., что позволило реконструировать структуру традиционных календарных праздников этого периода, определить их локальные особенности и место в общерусской традиции.

Для определения степени трансформации и характеристики современного состояния праздников в работу были включены этносоциологические  данные. Первый этносоциологический опрос русского населения Омской области проводился под руководством М.А. Плахотнюк (Жигуновой) в середине 1980-х гг. В середине 1990-х гг. к этой работе подключился автор. Панельные исследования были проведены в 1994 г. в ряде районов Омской области. По отдельным вопросам можно было проследить динамику происходящих процессов.

В диссертационной работе были использованы опубликованные и неопубликованные материалы фольклорных экспедиций Омского государственного педагогического университета (ранее института) по ряду районов Омской области. Собранными полевыми этнографическими и фольклорными материалами, включая данные личного архива автора, оказалось представлено 147 населенных пунктов 28 районов 5 областей, т.е. практически всех территорий рассматриваемого Тоболо-Иртышского региона.

Для сравнения с более ранним периодом (середина XIX в.) существования праздничного календаря и при сопоставлении с праздниками других регионов Сибири и Европейской России привлекались труды дореволюционных и советских авторов.

В качестве лингвистического источника привлекался материал по диалектологии из словарей сибирских говоров.

Важным кругом источников для характеристики современного состояния календарной обрядности явились сценарии проведения празднеств, разработанные студентами и сотрудниками кафедры режиссуры массовых праздников Омского филиала Алтайского института культуры.

Дополнительным источником сведений о современной праздничной культуре послужила периодическая печать Омской и Курганской областей.

Методология и методика работы. Основной методологической базой работы явился принцип исторического материализма, т.е. календарные праздники рассматривались в их диалектическом развитии и в конкретных социально-исторических, природно-географических условиях существования. Мы опирались на принципы современной отечественной науки, разработанные в области календарной обрядности и фольклора трудами В.Я. Проппа, С.А. Токарева, К.В. Чистова, В.И. Чичерова, в области теории этноса - трудами Ю.В. Бромлея.

При сборе информации использовались: метод интервьюирования, метод этносоциологического опроса, метод непосредственного наблюдения, метод фиксации явлений культуры. При изложении и изучении собранного материала применялся метод научного описания. Для воссоздания картины традиционных календарных празднований в конце Х1Х - начале ХХ в. был использован метод ретроспективных реконструкций. Рассматривая корни происхождения праздников и обрядов, мы применяли историко-генетический метод. При характеристике традиционной и современной этнокультурной ситуации использовался метод социально-исторического анализа. При выявлении трансформационных элементов был употреблен сравнительно-исторический метод, а при сравнении с праздниками в других регионах - сравнительно-типологический подход. Рассматривая праздник как определенную структуру со своими компонентами, каждый из которых выполняет определенную функцию, мы применили методы структурного и функционального анализа. В процессе обработки результатов этносоциологического опроса был использован метод количественного анализа, который нашел отражение в таблицах. Исследуя календарные праздники в системе экономических, политических, культурных, психологических и демографических факторов, мы не забывали о комплексном подходе к явлениям культуры и системном методе их изучения.

Научная новизна нашей работы состоит в выборе объекта и новых подходов исследования, т.к. изучение традиционных и современных календарных праздников русских данного региона в данный хронологический период, на основе комплексного анализа с использованием этнографических, этносоциологических, фольклорных, лингвистических и нарративных материалов, предпринимается впервые. В научный оборот вводятся неопубликованные материалы, собранные в ходе экспедиционных исследований. Мы пытаемся по-новому взглянуть на генезис некоторых обрядовых элементов.

Практическая значимость. Результаты настоящего исследования формируют практическую базу для создания современных праздников и обрядов, могут быть использованы (и уже частично использовались автором) в лекционной и краеведческой работе, для пропаганды этнографических знаний на радио, телевидении, а также при разработке рекомендаций административным органам по решению национально-культурных проблем, что и было осуществлено на практике (участие автора в создании научно-исследовательского проекта "Решение национально-культурных проблем Омской области").

Апробация работы. Основные положения диссертации отражены в 30 публикациях, еще 6 подготовленных работ находится в печати. Автор выступал с докладами по теме исследования на международных, всесоюзных, всероссийских и региональных научных конференциях, проходивших в Омске (1987, 1990, 1992, 1993, 1994, 1995, 1996, 1997), Свердловске (Екатеринбурге) (1987), Санкт-Петербурге (1993) и Новосибирске (1995).

Структура работы. Работа состоит из введения, трех глав и заключения. К диссертации приложены список использованной литературы и 3 приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность исследования, определяются его цель и задачи, методология, раскрываются степень изученности проблемы, научная новизна и практическая значимость работы, дается описание объекта исследования, источниковой базы и структуры диссертации.

В первой главе работы "Традиционные календарные праздники русских Тоболо-Иртышского региона в конце XIX - первой трети ХХ вв., их локальные особенности и место в общерусской традиции" дается описание обобщенного типа календарных праздников, характерного в целом для русских данного региона, рассматриваются особенности праздничного календаря различных групп русского населения юга Западной Сибири и Северного Казахстана и проводится сравнение с русскими праздниками других территорий Сибири и Европейской России.

Дни зимнего солнцестояния ознаменовывались праздничным циклом Святок, которые начинались в Рождественский сочельник и заканчивались Крещением. На Рождество повсеместно была распространена традиция "славления" Христа, а в селах со смешанным составом населения - колядования.

Встреча нового года происходила в Васильев вечер за обильно накрытым столом, за которым  казаки "зазывали мороз вечерить". 1 января дети и взрослые "посевали" в домах односельчан пшеницей, ячменем, горохом, овсом с различными благопожеланиями, получая за это вознаграждение. В южных районах региона "щедровали".

В течение  всех святок ходили ряженые - "медведи", "свиньи", "журавли", "цыганки", "старухи", "черти" и т.д. Водили "коня", носили "покойника", с которыми разыгрывали смешные сценки. Особенностью ряженья у северной группы русских являлось одевание "татарками", у южной - "казашками", у зауральцев "паньями".

Важнейшим обрядовым действом Святок являлось гадание с целью предсказать будущее. Для облегчения связи с потусторонними силами ворожили в местах, где, по поверьям, обитала "нечистая сила", и на границе между "своим" и "чужим" миром. Мы классифицировали гадания по цели, которой пытались достичь: гадание в целом о судьбе, узнавание направления выхода замуж (женитьбы), количество человек в будущей семье, характер будущих мужа и свекрови, их достаток и, наконец, знакомство с образом суженого. Ворожба производилась с помощью животных, различных предметов, "молчаной" воды, с использованием заговоров и оберегов. Подблюдные гадания были известны у вятских, тульских, костромских переселенцев.
Молодежь устраивала святочные вечерки, где пели песни, танцевали и играли в "Соседи", "Свадьбу", "Колечко", "Заиньку", "Оленя", "Дрему" и другие игры. На вечерки приходили ряженые, здесь же могли и гадать.

В Крещение освящали воду в "иордани", где купались грешники и обращались в православие "иноверцы". Освященной водой обрызгивали скот и жилище, ее применяли при лечении. На всех пограничных местах (окнах, дверях и т.д.) проставляли кресты, а в некоторых селениях стряпали печенье в виде крестов, которое раздавали детям и в начале пахоты клали в первую борозду.

Масленица завершала зимний праздничный цикл и открывала весенний. Накануне в избах ставили украшенные елки, поминали умерших родителей, а с воскресенья ("мясного заговенья") начинали строить горки. Катались с горок люди всех возрастов и разными способами - на санях, дровнях, розвальнях, ряселках, лодках, санках, лотках, рогожах, лыжах, ледянках, "глызах". Молодожены, катившиеся на шкуре, должны были поцеловаться в конце ската, а на неженившемся парне и женщине, не высватавшей для подруги жениха, катились всей гурьбой. Повсеместно устраивались соревнования в беге среди молодежи, среднего и старшего поколений.

В Тоболо-Иртышском регионе был широко распространен обычай лошадиных скачек, который казаки называли "байгой" ("байга"(тюрк.) - лошадиные скачки и игры), а крестьянство - бегунцами". Бега у казаков устраивались в несколько этапов: в среду соревновались на стригунках, без седел подростки, в четверг - юноши, в пятницу взрослые казаки. Подобные скачки существовали и у местных народов - казахов и татар. Верхом на лошадях катались и женщины-казачки. Победители получали приз.
Любимым масленичным развлечением являлось катание на лошадях, запряженных в кошевы и украшенных лентами, цветами, бубенцами. Особым ритуалом являлось катание молодоженов, которых усаживали на бычьи кожи и возили по всей деревне, при этом осыпая снегом. Иногда только что женившегося парня "принимали в мужики" - несколько человек пытались поставить его на четвереньки.

В последний день Масленицы, "прощеное" воскресенье, происходили традиционные драки "край на край" (деление по улицам, местам выхода, этническому признаку). Силу и ловкость отдельные мужчины и целые семьи могли продемонстрировать в борьбе на главной площади села, а также в лазании по обледенелому столбу, перетягивании палки или веревки, поднятии тяжестей, во взятии снежного городка, построенного за селением.

Обильной и разнообразной в течение всей недели была пища: блины, пельмени, жаркое, окорок, запеченный поросенок, пироги, колбасы, сало, булочки, хворост, пряники, шаньги и многое другое.

В последний день праздника устраивались "проводы Масленицы", когда по домам ходили ряженые, а по улицам разъезжал санный поезд из нескольких лошадей, на которых были надеты рваные пимы, старые шабуры, мочала, веники. В одних деревнях мужики в лодке с рыбацкой утварью и веслами ехали "рыбу ловить", в других - изображали пахоту и боронование, в третьих - женщины с прялками и ткацким станком на дровнях пели песни, "пряли", "ткали" и метлой "зиму заметали". Часто в сани помещали соломенное чучело, одетое в старый шабур и повязанное платком (мужское чучело делали у казаков). Вечером "прощеного" дня его сжигали или разрывали, бросая клочья в поле.

Масленичные костры имели повсеместное распространение: сжигали солому, сор. Горящую солому носили на палках, возили на санях, бросали вверх. В некоторых селах носили горящее колесо, прыгали через костры, бросали в них блины, мазали друг друга сажей, валяли на соломе, осыпали снегом. Вечером в воскресенье просили у всех прощения перед постом, а в "чистый" понедельник мылись в бане, стирали белье, обжигали в печи горшки, сжигая остатки жира и молока, а оставшуюся "скоромную" пищу отдавали казахам и татарам.

На период Великого поста приходились Сороки (9 марта), когда хозяйки стряпали печенье в виде летящих птиц - "жаворонков", "куликов", "скворчиков", с которыми устраивали первые заклички весны, и Благовещенье (25 марта), когда благосклонно относились к девицам, которым разрешалось залезть на крышу сенника и порадовать себя песнями. В Средокрестье (середина поста) пекли пресное печенье в форме крестов, которое съедали сами и давали скотине. В Вербное воскресенье, последнее перед Пасхой, освящали вербу, украшенную бумажными цветами и лентами. Её хранили на божнице, в соломенном домике, ею ударяли с приговорами детей, выгоняли в первый раз скотину на луга, совершали другие магические действия.
Четверг предпасхальной недели носил название Великого и Чистого четверга. В этот день крестьяне и казаки заботились об очищении себя, своего скота и жилища с помощью окуривания вереском, обрызгивания святой водой, сжигания старых вещей, посещения бани. Женщины проводили обряды задабривания домового.         
Предохранительное и лечебное значение придавалось четверговым соли и золе. До восхода солнца совершали множество продуцирующих обрядов: зажигали в печи "новый огонь", стряпали хлеб и взбивали масло, чтобы они были в достатке весь год, с этой же целью в амбарах перекладывали лопатой зерно и пересчитывали деньги, обувались на жерновах, чтобы "куры лучше неслись и в лесу чаще  встречались гнезда птиц", расчесывали волосы на столбе и т.д. Старожилы оставляли в бане воду, чтобы "умершие родители могли помыться".

Пасха, великий христианский праздник, непременным атрибутом которого являлось яйцо. Его делили на всех членов семьи, крошили в семена и курам, помещали в пригон, применяли при тушении пожара, совершали другие магические действия. Готовили также сырную пасху, кулич, кутью, кулагу и прочие праздничные блюда. В пасхальную ночь стерегли корм от колдунов, а утром наблюдали игру солнца и "христосовались" с родными и друзьями. В этот день не топили печь, запрещалось петь, кричать, стучать. Лишь с понедельника начинали водить хороводы, качаться на качелях, играть (особенно популярным было катание яиц). Всю святую неделю священник с причтом освящали по домам селений посадочные семена.

Во вторник следующей отмечали Родительский день - Радуницу, когда посещали кладбища, чтобы помянуть умерших.

В день святого Георгия Победоносца (23 апреля) выгоняли скот в первый раз в поле, совершая при этом обереговые обряды, освящая скот около церкви и одаривая пастуха.

На Николу Вешнего в северных районах рассматриваемого региона на берегу Иртыша молились о быстрейшем прохождении льда, а у казаков устраивался большой праздник с парадом, джигитовкой и угощением.

Летний праздничный цикл открывался Вознесением господним, а далее следовали Семик и Троица, в обрядах которых большую роль играла растительность, которой украшали в избе и возле дома. В Семик девушки завивали березки, загадывая о судьбе, "кумились". В этот день поминали умерших неестественной смертью. Поминовение всех предков устраивалось в троицкую субботу.

На Троицу девушки сламывали завитые накануне венки и бросали их в реку, гадая, в какую сторону выходить замуж. У казаков с песнями носили украшенную лентами, шарфами, бумажными цветами березку, которую "угощали" тем, что ели сами, а затем бросали в воду или оставляли на краю села. В березовой роще проходило всеобщее гуляние, где главным угощеньем являлись крашенные яйца и яичница.

На Троицу или незадолго до нее  молили бога о дожде. У каждого крестьянина были свои личные секреты вызова дождя, но самым действенным способом считался крестный ход.  

В следующее после Троицы воскресенье в северной части рассматриваемого региона отмечали яичное заговенье, т.к. с понедельника уже начинался Петровский пост. В этот день собирались всей деревней на берегу реки, варили яйца, играли с ними, устраивали стрельбу и борьбу.

Следом за яичным заговеньем отмечался день Девятой Пятницы, являвшийся престольным праздником в ряде сел. Сохранилась легенда о чудесном появлении около татарской деревни иконы, отобранной татарами у русских переселенцев. Здесь и поселились русские семьи, сюда приходили со всех деревень "оброчники", давшие обет молиться Девятой Пятнице.

На 24 июня приходилось Рождество Иоанна Предтечи, праздник, названный в народе Иваном Купалой. Накануне, в день Аграфены Купальницы, собирали травы, чтобы положить их под иванову росу, и начинали заготавливать березовые веники. Интересный обычай обливания в этот день женщин, недавно вышедших замуж, существовал у казачества Горькой линии. Праздник Ивана Купалы отмечался в большей степени в селах со смешанным составом населения, где преобладали выходцы из Белоруссии и Украины. Повсюду обливались водой и купались в водоёмах.

В Петров день (29 июня) отмечали конец Петровского поста, собираясь в лесу на гуляние. С этого дня начинался сенокос.

В ряду летних праздников особо выделялись "грозные" праздники - дни Тихвинской иконы Божьей Матери (26 июня), мучеников Космы и Дамиана (1 июля), мучеников Кирика, Иулитты и князя Владимира (15 июля), Ильин день (20 июля), день благотворных князей Бориса и Глеба (24 июля). Для всех этих праздников характерны запреты на работу, которая истолковывалась как непочитание названных святых, за что виновные бывали наказаны.

Осенний цикл праздниками был не богат. Особые обряды проводились по окончании жатвы, когда последние несжатые колосья оставляли "Илье (Миколе, богу) на бородку". Справляя отжинки, пекли хлеб из новой муки, варили мясо. Покров, Кузьмин, Михайлов, Дмитриев дни отмечали чаще всего там, где они являлись престольными, лишь в Дмитриевскую субботу повсеместно поминали умерших предков.

На престольные праздники, устанавливавшиеся в честь святого покровителя данного села, съезжались родственники из всех близлежащих деревень. По имеющимся сведениям, наиболее популярными являлись Троица, Михайлов день, Рождество, Крещение, Никола.

Типологический анализ календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона показал, что они относятся к смешанному типу праздников, который близок к среднерусскому и проявляет вариативность севернорусского и южнорусского типов, частично включая украинские и белорусские праздничные элементы. Локальные особенности прослеживаются в старожильческих селах, в переселенческих населенных пунктах, в селах со смешанным составом населения, в которых выделяется вятская традиция, и в поселениях Сибирского казачьего войска. В праздниках старожилов находится больше всего параллелей с Русским Севером, что подтверждает их "северное" происхождение. В поздних переселенческих селах достаточно хорошо сохранились праздничные традиции мест выхода (в основном, южнорусские). В отличие от сибиряков, у которых законсервировались архаичные обряды, для поздних переселенцев характерны последовательность претворения религиозных норм в жизнь, лучшее знание идеологического обоснования праздника, более яркая его эстетическая и вербальная сторона. В праздниках казаков и крестьян существовали различия, связанные с военным характером казачьей службы, образованностью и зажиточностью казачества, его большим тяготением к городской культуре и православной церкви, привилегированным положением в обществе.
Особенные черты календарных праздников русских данного региона, которые  проявлялись в масленичных, четверговых, пасхальных, никольских и некоторых других обрядах, были обусловлены особенностями заселения, природно-географической средой, социально-экономическими условиями и этнокультурными контактами с другими восточнославянскими, тюркскими и финно-угорскими народами.

Во второй главе диссертации "Структурно-функциональная характеристика традиционных календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона" рассмотрены семантика, структурное деление календарных циклов и ролевые функции половозрастных групп в праздниках.

Семантика отдельных обрядовых элементов определялась генезисом мировоззрения человека, в частности его представлений об изменениях окружающей природы, о своей способности влиять на мир вокруг, о продуцирующей силе животного, об участии умерших предков в жизни потомков, о бинарной структуре мира ("свое" - "чужое") и т.д. Поэтому в обрядах, обычаях, поверьях, приметах (составных частях праздника) нашли отражение различные культы - воды, огня, природных стихий, очага, тотемистический, эротический, солярный, аграрный, общинный культы, культ предков - все они проявлялись в различных типах магии - контактной, инициальной, парциальной, имитативной, апотропеической, катартической, вербальной. В ритуалах сохранялись архаические представления о двух жизненных стадиях (молодость - старость) и сакральной причастности взрослого населения к изменениям природы. Наличие оппозиций "молодой - старый", "мужской - женский" обусловило различие ролевых функций половозрастных групп в годовом праздничном цикле.

Календарные праздники выполняли эмоционально-психологическую, регулятивную и идеологическую функции, являясь одновременно ориентирами в потоке времени. Изучение обрядов, совершавшихся во время праздничных дней позволило определить функциональную направленность отдельных праздников.

Цель святочного и масленичного календарно-обрядовых циклов состояла в обеспечении благополучия на весь предстоящий год с помощью продуцирующих и обереговых действий, путем освобождения от старых вещей и нравственного очищения людей. Основной функциональной направленностью весенних праздников следует считать обеспечение быстрейшего расцвета природы, стимуляцию роста хлебов, сохранение здоровья и упрочение сил земледельца и его скота, также усиление положительных эмоций с приходом теплого времени года. Функции летнего праздничного цикла заключались не только в ускорении роста, плодоношения  растительности и сохранении урожая, но и в создании условий перехода девушек в новую половозрастную группу, благословении их на брак, передаче могущественных сил расцветшей природы человеку (и девушкам, в первую очередь), предохранении крестьянина, его семьи и хозяйства от неблагоприятного воздействия природных стихий и вредительства нечисти. Летние праздники должны были дать психоэмоциональную зарядку человеку на весь предстоящий зимний период.

Структурно-функциональный анализ календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона показал неравномерность распределения выделенных нами подструктур в праздничных циклах. Наибольшую роль в весенних, летних и осенних обрядах, связанных с непосредственным трудовым процессом, играла религиозно-магическая подструктура. В троицко-купальской обрядности нашли отражение и демонстративно-символические элементы (демонстрация принадлежности участниц обрядов к половозрастной группе девушек, готовых ко вступлению в брак).  

Религиозно-магические элементы к концу ХIХ - началу ХХ вв. во многом утратили свое традиционное содержание, что наглядно можно представить на примере Святок и Масленицы, праздников, оторванных от непосредственной трудовой деятельности земледельца. Эти элементы, перейдя из религиозно-магической подструктуры в демонстративно-символическую, развлекательно-игровую и эстетическую, способствовали реализации эмоционально-психологической и регулятивной функций праздника. Эволюционируя в сторону развлекательно-игровых действ, зимние праздники в большей степени, чем остальные, подверглись этнокультурному влиянию сибирских народов. Именно в обряде лучше всего выражена этническая специфика, а обряд, утратив религиозно-магическую основу, превращается в обычай, становясь открытой системой, более подверженной иноэтничному влиянию.
В третьей главе "Основные тенденции и причины структурно-функциональных изменений календарных праздников русских Тоболо-Иртышского региона с начала 1930-х гг. до середины 1990-х гг." прослеживаются процессы, происходящие в данный период, и рассматриваются факторы, влияющие на них.

На протяжении периода с начала 1930-х гг. и до середины 1980-х гг. происходили процессы, характеризующиеся исчезновением обычаев и обрядов, связанных с непосредственной трудовой деятельностью, отмиранием обрядового фольклора и заменой его народными лирическими и авторскими песнями, появлением новаций и превращением некоторых из них в традицию, разрушением механизма межпоколенной трансмиссии культурных традиций. Несмотря на преследование, религиозные праздники и обряды отмечались верующими людьми. Часть обрядовых элементов (в том числе обрядовая пища) сохранялась и в семьях атеистически настроенных граждан, руководствующихся этическими соображениями и действующих "по - традиции". В проведении праздников на семейном уровне этническая специфика находила лучшее отражение.

Русские календарные праздники, в которых развлекательно-игровая сторона стала доминирующей уже в конце Х1Х в. (Святки, Масленица), за годы советской власти трансформировались в общественные праздники, объединившие новационные и традиционные (в виде вторичных форм) праздничные элементы и включившие некоторые традиции других этносов (Новый год, Проводы Русской зимы).
Общественно-гражданские праздники революционной, боевой и трудовой славы ( годовщина Великой Октябрьской социалистической революции, День международной солидарности трудящихся и День Победы -"октябрьская" и "майские"), к концу 1970-х гг. из инноваций превратились в традицию, что объясняется их исторической значимостью, длительным периодом государственного "внедрения" в культурную жизнь и "наложением" на традиционный праздничный календарь.

С конца 1980-х гг. происходит усиление интереса к народным традициям, возрастает активность религиозных организаций, увеличивается роль средств массовой информации, учреждений науки, культуры и образования в распространении знаний о фольклоре и возрождении народных праздников.

Основными факторами, влияющими на функционирование праздников с конца 1930-х гг. и до настоящего времени, являются экономический, социально-политический, нравственно-психологический, этнический и религиозный.

В заключении диссертации подводятся итоги исследования и прогнозируются основные тенденции дальнейшего развития празднично-обрядовой культуры русского населения Тоболо-Иртышского региона.

Основные положения диссертации нашли отражение в следующих публикациях:

1. Виды общественных праздников и их роль в жизни русского сибирского села в ХХ веке // Сибирская деревня: история, современное состояние, перспективы развития: Материалы Сибирской научной конференции 27-28 февраля 1996 г. - Омск, 1996. - С.39-42.

2. Влияние культуры местных народов на календарную обрядность русских юга Западной Сибири и Северного Казахстана в конце Х1Х - первой трети ХХ вв. // Этнические и социально-культурные процессы у народов СССР: Тезисы докладов научной конференции. - Омск, 1990. - С. 38-40.

3. Календарная обрядность в атеистическом и нравственном воспитании советских людей // Проблемы развития культуры народов и изучения по музейным коллекциям: Всесоюзная научная конференция "Этнографическая наука и пропаганда этнографических знаний", посвященная 70-летию Великого Октября: Тез. докл. - Омск: ОмГУ, 1987. - С. 5, 6.

4. Календарная обрядность русских юга Западной Сибири и Северного Казахстана в конце Х1Х - первой трети ХХ вв. // Индустриальные тенденции современной эпохи и гуманитарное образование: Тезисы докладов Международной научно-практической конференции. - Омск, 1992. - Т. 1. - С. 22-24.

5. Календарные обряды русского населения Западной Сибири и Северного Казахстана первой трети ХХ в. // Духовная культура Урала: Тезисы докладов научной конференции. - Свердловск, 1987. - С. 32, 33.

6. Календарные праздники как фактор сохранения этнической специфики русских и путь к межнациональному общению // Региональные проблемы межнациональных отношений в России: Материалы Всероссийской конференции. - Омск, 1993. - С. 117-120.

7. К вопросу изучения русских народных традиций в прошлом и настоящем // Русский вопрос: история и современность. Тезисы докладов Всероссийской научной конференции. - Омск, 1992. - Ч. II. - С. 46-48.

8. К вопросу об особенностях культуры старообрядцев (на примере "двоедан" Шатровского района Курганской области) // Культурное наследие Азиатской России: Материалы I Сибиро-Уральского исторического конгресса (г. Тобольск, 25-27 ноября 1997 г.). - Тобольск: Изд-во Тобольск. гос. пед. ин-та, 1997. - С. 88.

9. Масленица русских юга Западной Сибири и Северного Казахстана в конце Х1Х - начале ХХ вв. // История , краеведение и музееведение Западной Сибири: Тезисы докладов научной конференции. - Омск, 1988. - С. 95-97.

10. Межэтнические связи и национальный менталитет в календарной обрядности русских Тоболо-Иртышского региона // Россия и Восток: проблемы взаимодействия. Тезисы докладов.- Челябинск: Челябин. гос. ун-т, 1995. - Ч. III. - С. 22-25.

11. Новые материалы по традиционной духовной культуре сибирских казаков // Источники и методы исследования социальных и культурных процессов: Сборник научных трудов. - Омск, 1988. - С. 153-159 - (совместно с М.А. Жигуновой (Плахотнюк)).

12. Новые материалы по традиционной обрядовой культуре русского населения Тоболо-Иртышского региона // Материалы Третьего научно-практического семинара Западно-Сибирского регионального вузовского центра по народной культуре. - Омск: Изд-во ОмГПУ, 1996. - С. 39-43.

13. Общественный праздник и его место в культурной жизни современного города (по материалам г. Омска) // Урбанизация и культурная жизнь Сибири: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. - Омск, 1995. - С. 238, 239.

14. Одежда как элемент традиционных календарных праздников // Художественное моделирование и народные традиции: Материалы Всероссийской научной конференции. - Омск, 1995. - Ч. I. - С. 76-78.

15. О некоторых аспектах этнической истории русских сибиряков // Этническая история народов России (Х - ХХ вв.): Краткое содержание докладов. - СПб., 1993. - С. 39, 40.

16. Песни и игры святочных вечерок у русских Тоболо-Иртышского региона // Материалы пятого научно-практического семинара Западно-Сибирского вузовского центра по народной культуре. - Омск: Изд-во ОмГПУ, 1997. - С. 33-39.
17. Проявление древнейших форм религии в русской календарно- обрядовой системе // Жизнь. Смерть. Бессмертие: Материалы научной конференции. - СПб., 1993. - С. 24, 25.

18. Решение национально-культурных проблем Омской области: научно-исследовательский проект. - Омск, 1994. - 72 с. - (совместно с Н.М. Геновой, Н.А. Томиловым и др.).

19. Роль праздников и обрядов в сохранении народной культуры и укреплении стабильности общества // Общество и религия: Материалы Омского межрегионального семинара "Общество. Закон. Религия", 22-23 мая 1997 г. - Омск, 1997. - С. 39-40.

20. Русские праздники и обряды годового цикла в жизни сибирской деревни // Русский вопрос: история и современность: Материалы докладов Второй всероссийской научной конференции. - Омск, 1994. - Ч. II. - С. 49-52.

21. Святочные гадания в календарно-обрядовом цикле русских сибиряков // Народная культура Сибири и Дальнего Востока: Материалы VI научно-практического семинара Сибирского регионального вузовского центра по фольклору. - С.

22. Святочный цикл календарных обрядов русских юга Западной Сибири и Северного Казахстана в конце Х1Х - первой трети ХХ вв. // Антропология и историческая этнография Сибири: Межведомственный тематический сборник научных трудов. - Омск: ОмГУ, 1990. - С. 162-174.

23. Семейная и календарная обрядность русских: вчера и сегодня // Вестник Омского университета. Специальный выпуск 3. Материалы Всесоюзной научно-практической конференции "Общество. Человек. Экономика. Труд. Культура". Омск, 6-7 февраля 1997 г. - Омск: ОмГУ, 1996.- С. 21, 22 - (совместно с М.А. Плахотнюк).

24. Современная праздничная культура русского населения юга Западной Сибири // Материалы четвертого научно-практического семинара Западно-Сибирского вузовского центра по народной культуре. - Омск, 1996. - С. 13-19.

25. Современное состояние календарной обрядности русского населения Среднего Прииртышья // Современная духовная культура народов Сибири и Севера: Сборник научных трудов. - Омск, 1989. - С. 130-138.

26. Современное состояние обрядовой культуры русского населения Среднего Прииртышья // Омский регион: Исторический опыт, проблемы и пути экономического развития в современных условиях. Материалы межрегиональной научно-практической конференции, посвященной 60-ле-тию Омской области. - Омск, 1993.- Ч. 3. - С. 51-54 (совместно с М.А. Плахотнюк).

27. Социально-экономические и религиозно-магические элементы календарных обрядов русских юга Западной Сибири и Северного Казахстана в конце XIX - первой трети ХХ в. // Межведомственный сборник научных статей. - Томск: Изд-во ТГУ, 1995. - С. 246-253.

28. Традиции "святок" у русского населения Среднего Прииртышья и возможности их использования в современной обрядовой культуре // Проблемы культурогенеза и культурного наследия: Материалы конференции. Ч. III. Этнография и изучение культурных процессов и явлений. - СПб., 1993. - С. 31-35.

29. Традиционное проведение весенних календарных обрядов русскими юга Западной Сибири и Северного Казахстана // Духовное возрождение России: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Секция 3. - Омск, 1993. - С. 123-126.

30. Трансформационные элементы в культуре русского населения Тоболо-Иртышского региона // Культура и интеллигенция России в переломные эпохи (ХХ в.): Тезисы докладов Всероссийской научно-практической конференции.  Омск, 24-26 ноября 1993 г. - Омск, 1993. - С. 214-217 - (совместно с М.А. Плахотнюк).

31. Трансформация календарной обрядности русского населения Тоболо-Иртышского региона (конец Х1Х - ХХ вв.) // Россия и Восток: традиционная культура, этнокультурные и этносоциальные процессы: Материалы IV международной научной конференции "Россия и Восток: проблемы взаимодействия". - Омск: ОФ ОИИФФ СО РАН, 1997. - С. 91-94.

32. Троицко-купальская обрядность русских старожилов Тоболо-Иртышского региона // Аборигены Сибири: Проблемы исчезающих языков и культур. Тезисы Международной научной конференции. Новосибирск (Академгородок), 26-30 июня 1995 г. Т. II. Археология. Этнография. - Новосибирск: Изд-во Ин-та археологии и этнографии СО РАН, 1995. - С. 120-122.

© Т.Н. Золотова, 1997


 

Copyrigt © Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии
Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского
Омск, 2001–2016