123
Карта сайта
Поиск по сайту



Rambler's Top100 Rambler's Top100

Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии | Этнография Западной Сибири | Библиотека сайта | Архив сайта | Контакты
Проекты ИОО | Этнография в школе | Этнографическое сообщество | Кафедре – 25 лет! | Преподаватели | Аспиранты
Мегапроект | Другие проекты ИОО | Курсы приглашенных лекторов
Хроника 2001 | Хроника 2002 | Командировки и стажировки
Отчет доцента кафедры канд. ист. наук Т.Б. Смирновой | Отчет о командировке С.Н. Корусенко и М.Л. Бережновой, | Школа по этологии человека в Звенигороде | Наши в Берлине! | Зимняя школа "Устная история: теория и практика" в Санкт-Петербурге | Международная летняя школа по Юридической антропологии в Пушкине | Отчет А.Г. Селезнева о поездке в Санкт-Петербург и Москву. | Поездка в Одессу | Отчет об участии в IV научной конференции молодых историков Сибири и Урала "Диалог культур и цивилизаций".


ПОЛГОДА В ЕВРОПЕ И АМЕРИКЕ,
ИЛИ ОЧЕРЕДНОЕ ОСВОЕНИЕ ДИКОГО ЗАПАДА

В прошедшем году мне довелось в течение шести месяцев стажироваться в зарубежных научных центрах. Весной 2002 года в рамках работы по гранту чешского отделения фонда Сороса (программа RSS), я работал в Венгерском Национальном Музее и Институте Европейского фольклора в Будапеште и в Университете города Утрехта (Нидерланды). В период же с августа по декабрь 2002 года я стажировался в Университете Висконсин-Мэдисон (США) на отделении Языков и Культур Азии. Последняя поездка состоялась по программе стажировок фонда Карнеги и проходила в рамках сотрудничества этого фонда с программой МИОН (Межрегиональные исследования в области общественных наук).

Основное время в ходе стажировок было отведено собственно исследовательской работе и сбору материалов в библиотеках по тематике исследований. Огромное значение, конечно, имели консультации со специалистами в различных областях, и прежде всего, хотелось бы выразить самую искреннюю признательность моим научным руководителям (супервайзорам, менторам, как хотите их называйте), которые создали максимум возможностей для моего комфортного вживания в, мягко говоря, непривычные условия жизни и работы. В Нидерландах это был один из крупнейших специалистов в области исламоведческих исследований, ученый поистине феноменальных, энциклопедических знаний, профессор отделения Востоковедения Утрехтского университета Фредерик де Йонг. В Мэдисоне моим ментором был крупный и авторитетный знаток истории нашей страны периода Золотоордынского государства, специалист в области арабского и тюркских языков, профессор отделения Языков и Культур Азии Юлай Шамильогу.

Кроме того за это время удалось получить крайне ценные и важные консультации у доктора Михай Хоппала (Венгрия) - крупнейшего специалиста в области сибирского и венгерского шаманизма и других традиционных верований; профессоров антропологии Университета Висконсин-Мэдисон Анатолия Хазанова, знаменитого археолога и исследователя проблем, связанных с кочевничеством; Джонатана Марк Кенойера - одного из виднейших теоретиков и практиков американской этноархеологии; профессора Мичиганского Университета в Энн-Арборе Александра Кныша, известного во всем мире исламоведа и арабиста и др.

Во время стажировок меня интересовали две проблемы. Первая - это сибирский ислам и его историческое место в евразийском "мусульманском пространстве", это была тема гранта RSS, она, естественно, в наибольшей степени меня занимала в Венгрии и Нидерландах, хотя завершать работу по гранту пришлось уже в Америке. Вторая проблема - это разработки западной теоретической мысли в области изучения традиционной культуры с точки зрения этнографии, антропологии, археологии, преистории, этноархеологии; исследования в области культурных систем, инвенмеронтализма и т.п. С этими проблемами я, в основном, возился в Мэдисоне.

В промежутках между увлекательным чтением, копированием, писанием были знакомство с архитектурой и культурой Будапешта, Утрехта, Лейдена, Амстердама, Антверпена, Вашингтона, Нью-Йорка, Чикаго, Мэдисона, Милуоки (может что-то упустил); попытка понимания совершенно непривычной и даже несколько экзотичной для нас системы американского университетского образования; посещение лекций отдельных ученых и целого лекционного курса Юлая Шамильоглу; чтение собственных лекций для студентов и аспирантов Университета в Мэдисоне. Эти лекции были прочитаны впервые в жизни на английском языке. Правда уверенности придавала мысль, что в стенах этого же университета когда-то выступали великие наши соотечественники - Михаил Ростовцев, Павел Виноградов, Георгий Вернадский. Я даже зашел в университетский архив, где чрезвычайно милый директор и сотрудники очень быстро (не нужно никаких удостоверений и "отношений") предоставили все документы, связанные с пребыванием этих ученых в университете. Представляете чувство человека, держащего в руках подлинные архивные письма М.И. Ростовцева - профессора Университета Висконсин-Мэдисон в 1920 - 1925 гг.!

Кроме того удалось выступить и провести секцию на крупной международной конференции в Америке. Ну а еще всегда будут вспоминаться теплые домашние встречи по праздникам (Thanksgiving Day - день Благодарения) или просто так, когда хотелось пообщаться; шумные студенческие парти, пикники, озера и леса американского мидвеста, новые друзья и просто люди, разные, но чаще всего доброжелательные  и отзывчивые …

Непросто, но очень интересно было осваивать новые для нас реалии жизни и быта, особенно во время 4-месячного пребывания в Америке. Здесь все было необычно, начиная с "американского" языка (степень непонимания первоначально - от 100 до 25% в зависимости от социальной и расовой принадлежности собеседника, в дальнейшем - "пороговое" улучшение ситуации) и опыта самостоятельного поиска жилья, и заканчивая ID, счетом в банке, кредитной карточкой, номером социального страхования; поведением в магазине, баре, ресторане, бассейне, стадионе; общением с афро-американцами, испаноязычными, эмигрантами из России, учеными, предпринимателями, дорожной полицией.

Если в 1970-х удивление у советских людей вызывали магазины, то сейчас в шоковое состояние вводят библиотеки, архивы, музеи. Разрыв в области компьтеризации, насыщенности всевозможной информацией, качеством обслуживания, условиями, так сказать, личного общения с источником между нашими и американско-западно-европейскими библиотеками примерно такой же, как между космической ракетой и бороной-суковаткой.

По правде говоря, после работы в библиотеках на Западе я никак не могу уяснить, почему в России людей не подпускают впрямую к библиотечной книжной полке, почему в наших библиотеках работаю целые батальоны посредников-"библиотекарей", которые как будто специально поставили перед собой задачу предельно усложнить труд читателя. При этом в библиотеке Университета Мэдисона, например, почти 4-миллионное собрание книг обслуживают не более десятка человек, а посетители САМИ ищут необходимую им литературу на книжных полках, превращая этот рутинный процесс в трепетное общение с человеческой мудростью. И так же в Утрехте, Лейдене, Берлине... И никаких посредников - только ты и книжная полка. И ведь перестройка нашей библиотечной, архивной системы в этом направлении не потребует особых затрат, надо только психологически преодолеть наше привычное "не пущать". Сколько времени нам еще ждать?!

Итог работы на письменном столе - большая пачка копий книг и статей. Кстати, копирование и пересылка материалов для стажеров чаще всего бесплатны, по крайней мере, так было в моем случае.

Впереди - анализ и осмысление. Жизнь продолжается и она все-таки чертовски интересна  непрерывной чередой больших и малых открытий!        

А.Г. Селезнев, 2002 - 2003 гг.

Copyrigt © Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии
Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского
Омск, 2001–2018