123
Карта сайта
Поиск по сайту



Rambler's Top100 Rambler's Top100

Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии | Этнография Западной Сибири | Библиотека сайта | Архив сайта | Контакты
О кафедре | Учебная деятельность | Студенческая страничка | Научная деятельность | Научные конференции | Экспедиции | Партнеры
Немцы Сибири | Отчеты о конференциях | Конференции 2008 | Былое
НА МЕЖДУНАРОДНОЙ КОНФЕРЕНЦИИ | IV Конгресс | КОНФЕРЕНЦИЯ "НАУКА В СИБИРИ": | О работе этнографической секции XLIV Региональной археолого-этнографической студенческой конференции (РАЭСК)


О работе этнографической секции XLIV Региональной археолого-этнографической студенческой конференции (РАЭСК)

Кемерово, 30.03 - 03.04. 2004 г.

В наше смутное время, когда с разных сторон на нас обрушиваются, по модному нынче выражению западных социологов, различные вызовы (на которые мы вынуждены как-то реагировать), присутствие на просторах Сибири масштабного научного мероприятия выглядит фантастически. Действительно, РАЭСК - это осколок той эпохи, которая уже ушла. Образно говоря, "выросли на обломках империи новые поколения дикарей, которые на замшелых бетонных глыбах воюют между собой за малые остатки былого величия". Молодому поколению, которое приходит сейчас в науку, в общем-то и дела нет до былого величия, их манит наука! Но искушенный читатель все же спросит, причем тут РАЭСК? А вот при чем.

РАЭСК - это остаток мощной системы подготовки научных кадров в СССР. В каждом крупном регионе страны существовали подобные конференции студентов и молодых ученых - на Урале, в Европейской части, в других больших регионах. Венцом этой сети конференций, охватывающей всю страну, были ВАСК и ВЭСК (соответственно, Всесоюзные археологические и этнографические студенческие конференции, тогда разделенные) в Москве.

После катаклизмов конца 1980-х - начала 1990-х гг. эта система исчезла, но РАЭСК остался. Теперь этот феномен существует и путешествует по городам Сибири! Достаточно вспомнить последние места его пребывания - Томск, 2003; Омск, 2002; Барнаул, 2001; Новосибирск, 2000. И вот Кемерово, 2004 год.

Необходимо сказать, что в такое масштабное мероприятие, как сегодня, РАЭСК превратился когда-то с легкой руки новосибирцев. Сейчас масштабы конференции представляют серьезную проблему для организаторов. Шутка ли сказать - 400 заявок, 240 приехавших! Разумеется, разместить всех участников может не всякий город, однако наши хозяева с честью справились с проблемой. Конференция была перенесена за город на территорию двух пригородных лагерей отдыха.

Традиционно конференция открылась пленарным заседанием, на котором были заслушаны доклады приглашенных ученых по самому широкому спектру проблем современной археологии и этнографии. Эти доклады были построены как мини-лекции, в которых говорилось о так называемом "рабочем инструментарии учёного", были представлены новые методики работы в целом и новые исследовательские подходы.

На конференции работало несколько секций: "Методология, методика и историография археологии Северной Азии", "Северная Азия в эпоху камня", "Эпоха палеометалла (бронзовый и ранний железный века)", "Средневековая археология Северной и Центральной Азии", "Древнее искусство и мировоззрение", "Современные традиционные культуры и общества".

О последней секции мне, как ее соруководителю, хочется рассказать более подробно. Секцией мы управляли вместе с И.В. Октябрьской (Институт археологии и этнографии Сибирского отделения РАН, Новосибирск). Огромную поддержку нам оказал В.М. Кимеев (доцент Кемеровского государственного университета), находившийся на протяжении всех заседаний в зале. На секции за два неполных рабочих дня было заслушано 36 докладов, задано 136 вопросов (!), то есть в среднем по 4 после каждого доклада. Невзирая на постоянный дефицит времени, завершался каждый рабочий день обсуждением сделанных докладов. Необходимо отметить очень заинтересованное и трепетное отношение участников секции к ее работе.

Все сделанные доклады можно условно разделить на несколько тематических групп, которые показывают современную проблематику этнографических исследований в Сибири и возможные перспективы их развития.

К первой группе необходимо отнести доклады, выполненные на стыке наук, в основном археологии и этнографии.

Целая серия докладов демонстрировала различные подходы в проведении историко-культурных реконструкций при использовании данных этнографии и археологии. К  ним можно отнести доклады А.А. Кильдюшевой (Омск) "Изменения в женском костюме, связанные с переходом в новую социовозрастную группу (этноархеологический подход)". Автор этого доклада проанализировала ряд этнографических факто в, характерных для культур русских, кетов и татар, и выделила возрастные группы у женщин. Границами этих групп она считает обряды перехода из одной социально-возрастной страты в другую. Полученные возрастные группы были наложены на материалы двух археологических могильников - Сопка-II и Кыштовка. По мнению автора, ей удалось уловить определенную закономерность в археологических материалах, аналогичную этнографическим данным.

Доклад А.С. Мищенко (Омск) "Участок караванного пути XVII в. на территории Омской области" был посвящен реконструкции торговых коммуникаций в древности. Автор доклада соотнес существующие сейчас населенные пункты бухарцев (выходцев из Средней Азии) с возможными пунктами отдыха на пути торговых караванов из Средней Азии.

В докладах Е.В. Титова (Омск) "Некрополи тарских и Барабинских татар: сравнительный анализ" и А.В. Минина (Омск) "Планиграфия современных кладбищ русских сибиряков как этноархеологический источник" были предоставлены данные обширных и детальных обследований современных кладбищ русского и татарского населения, которые можно рассматривать как комплексный источник для археолого-этнографических исследований явлений культуры и социума.

Доклад А.М. Ковязина (Новосибирск) "Некрополь Умревинского острога" содержал сведения о трех типах кладбищ при русских острогах и этапы формирования некрополя при Умревинском остроге. Доклад С.А. Дудкиной (Сургут)  "Сравнительная топография текстильных материалов по этнографическим и археологическим материалам (на примере памятников Сургутского Приобья)" содержал результаты соотнесения этнографических материалов по традиционной одежде с тканями, найденными в погребениях. Автор, привлекая этнографические материалы, попыталась выявить зоны расположения тканей и изделий из них в погребениях.

Доклад М.А. Рудневой (Иркутск) "Роль украшений в жизни ольхонских бурят (по материалам погребений начала XIX в.)" содержал сведения о серии украшений, которые автор интерпретировала как знаковые, характерные для представителей определенного рода и отражающие особый социальный статус их носителей.

Сообщение Т.В. Шаламай (Новосибирск) "Заготовка березового сока на Северном Алтае (на примере окрестностей села Манжерок Майминского района)" содержало интересные наблюдения за методами и способами заготовки сока березы, как оказалось, весьма разнообразными.

Другая группа докладов была посвящена историко-этнографическим реконструкциям по письменным источникам. К этой группе можно отнести доклад Н. Лапина (Астана) "Тенденции развития традиционного казахского общества XVIII в. (на примере Младшего Жуза)". Докладчик отметил изменения в традиционных казахских сообществах под влиянием действий российской администрации, в частности изменения во взаимоотношениях "черной" и "белой кости", процесс оседания казахов, особую роль религиозного фактора и его проводников - татарских мулл (находящихся на службе России). Итогом, по мнению докладчика, явилось присоединение земель Младшего Жуза к России.

Доклад М. Тарасова (Красноярск) "Некоторые особенности процесса присоедине ния Приенисейской Сибири к Русскому государству" был посвящен сходным процессам, протекавшим на протяжении нескольких столетий на границах русской ойкумены и Маньчжурии. Докладчик рассматривал процесс присоединения земель как противостояние администраций приграничных территорий России и мощного соперника (Китая), вследствие чего процесс присоединения принял столь затяжной характер.

Доклад Н.А. Дубровиной (Омск) Брачные круги русских Среднего Прииртышья конца XVIII-XIX вв. (по метрическим книгам)" был посвящен реконструкции брачных кругов русских крестьян по письменным источникам. Был сделан вывод, что брачные круги русского населения Среднего Прииртышья в этот период представляли собой очень устойчивую систему, в которую входила группа населенных пунктов, основанных выходцами из одних мест, межсословных и межэтнических браков заключалось в этот период немного.

Интерес слушателей вызвали доклады студентов восточного отделения исторического факультета НГУ Е.А. Зоновой ("Система родства у эвенков") и Э.Ю. Лазаревой ("Особенности родовой организации дауров"). Эти доклады были выполнены целиком на материалах иностранных источников и посвящены двум малочисленным народам Китая.

Группу докладов "классического" в этнографических исследованиях направления - изучения обрядов и традиционного мировоззрения - составили выступления Н.А. Акилиной (Магадан) "Погребальные обряды народов севера Дальнего Востока России (по этнографическим источникам)", А.К. Лисиной (Барнаул) "Религиозно­мифологическое сознание нижних кумандинцев (по итогам историко­этнографических экспедиций 2001-2003 гг.)", Е.Д. Пермяковой (Барнаул) "Смерть, душа, загробный мир и страшный суд в представлениях старообрядцев-беспоповцев Солтонского района", А.С. Панфиловой (Омск) "Некоторые обряды и обычаи, связанные с рождением ребенка, у немцев Западной Сибири", Н.П. Непомнящих (Улан-Удэ) "Танец как иерофания (на примере танца еохор)". Наибольший интерес в этой группе вызвали доклады М.М. Воеводина (Омск) "Представление о местных мусульманских святых у тобольских татар", С.М. Соловьева (Омск) "Колдуны в современной сибирской деревне", Ж. Оразбек кызы (Новосибирск) "Запертый замок в погребальном культе у кыргызов Тянь-Шаня", Д.В. Арзютова (Кемерово) "Религиозная ориентация среднемрасской группы шорского этноса на современном этапе".

Выступление М.М. Воеводина было посвящено взаимодействию местных и  привнесенных элементов в культуре тобольских татар. Докладчик отметил, что многие легенды и верования, принесенные на сибирскую землю мусульманскими проповедниками, причудливо преобразились и трансформировались в местной мифологии. В частности им была рассмотрена трансформация исторического предания о Зенге-баба (бытует в Средней Азии) в культ местного святого в Сибири.

С.М. Соловьев в своем докладе затронул тему иррациональной традиции в духовной культуре современного русского населения Среднего Прииртышья. Автор доклада использовал как источник устные рассказы русских - былички, которые позволяют выявить как, по мнению русских сибиряков, становятся колдунами, каковы их действия, приносят они вред или, наоборот, пользу простым людям.

Ж. Оразбек кызы в докладе коснулась небольшого, но весьма значимого сюжета традиционного погребального обряда кыргызов - общения умерших и живых. Ритуал помещения в погребение запертого замка она интерпретировала как стремление живых прекратить череду смертей среди родственников или близких.

Д.В. Арзютов в своем выступлении поднял вопрос о религиозной индифферентности современных шорцев. Этот феномен вызвал оживленную дискуссию участников, касавшуюся и определения некоторых терминов, например, такого как "религиозный синкретизм".

В отдельную группу можно выделить доклады, касающиеся культуры жизнеобеспечения народов Сибири. Этой теме были посвящены выступления А.М. Суюндыкова (Омск) "Национальная пища казахов юга Западной Сибири: мясная и молочная пища" и Д.А. Мягкова (Омск) "Средства передвижения рыболовов и охотников у Барабинских татар в первой половине XX в.".

Представленной на секции оказалась и современная проблематика, связанная как с изучением современных этнических процессов, так и с вопросами самосознания и создания (конструирования) национальных символов и мифов. В русле этой тематики были сделаны доклады И.Г. Комаровой (Томск) "Этнопсихологический дискурс в отечественной науке (последние десятилетия): проблемы и перспективы", М.А. Овчаровой (Барнаул) "Особенности этнического самосознания мордвы эрзя Залесовского Причумышья", Р.Х. Зиннурова (Новосибирск) "Этническая идентификация городской учащейся молодежи Оренбуржья (по материалам анкетирования в г. Бугуруслане)", Е.В. Самушкиной (Новосибирск) "Новая символика Республики Хакасия: проблема мобилизации этничности", А.И. Тюменина (Новосибирск) "Японцы глазами россиян (Сибирь-Хакасия-Абакан)".

Наибольший интерес в этой группе докладов вызвал доклад Т.А. Миляевой (Новосибирск) "К вопросу о современных этнических процессах у окинских сойотов". В своем докладе автор описала попытки представителей этой этнической группы обрести самостоятельность, несмотря на практически полную утрату языка и характерных черт материальной и духовной культуры.

В отдельную группу со специфической проблематикой можно выделить серию докладов из Барнаула. Это сообщения С.А. Семикина "Проблемы классификации и застройки сельских населенных пунктов в отечественной этнографии", Д.А. Дрожецкого "Реконструкция архитектурной среды села по устным источникам" и Р.Ю. Волостнова "История строительства православной церкви Во Имя Воздвижения Животворящего Креста на христианском кладбище г. Барнаула". Авторы этих докладов так или иначе затронули вопросы сбора источников и реконструкции исторического облика населенных пунктов русских Алтая.

И, наконец, на заседаниях секции была сделана серия докладов по гендерной проблематике. Это выступления А.А. Голяшовой (Барнаул) "Использование детского труда в крестьянских семьях Алтая в первой половине XX века", А.Н. Блиновой (Омск) "Трудовое воспитание детей в немецких семьях Западной Сибири в конце XIX­XX вв.", А. Зандаевой (Улан-Удэ) "Южная Корея: изменение положения женщины в обществе".

В заключение отмечу, что по условиям, поставленным нам организаторами конференции, нужно было определить три лучших доклада (сначала не предполагалось, что будут определяться места), но затем организаторы скорректировали свои требования и руководителям секции пришлось выстраивать лучшие доклады в некую иерархию. Отрадно и то, что мнения руководителей секции и мнения студентов, которые оценивали каждый доклад, совпали.

Вот тройка победителей:

1 место - Т.А. Миляева (Новосибирск), "К вопросу о современных этнических процессах у окинских сойотов";

2 место - М.М. Воеводин (Омск), "Представление о местных мусульманских святых у тобольских татар";

3 место - А.А. Голяшова (Барнаул), "Использование детского труда в крестьянских семьях Алтая в первой половине XX в.".

В конкурсе докладов могли участвовать студенты российских ВУЗов, но невозможно было не отметить доклад Н.С. Лапина (Астана, Республика Казахстан) "Тенденции развития традиционного казахского общества XVIII в. (на примере Младшего Жуза)". По просьбе руководителей секции оргкомитет РАЭСКа присвоил ему призовое место и вручил почетную грамоту победителя.

Награды на этом РАЭСКе получили не только докладчики, но и целые организации. Так, нашему родному университету была вручена благодарственная грамота за активное участие в конференции и высокое качество представленных докладов.   

Из этого достаточно краткого обзора можно сделать вывод, что сделанные на конференции доклады отражают тенденции развития сибирской этнографической науки и развитие научных направлений в отдельных этнографических центрах.

Нужно не забывать, что параллельно с официальной, научной частью конференции бурлила и околонаучная, неформальная, некоторые свидетельства которой можно посмотреть здесь: http://www.raesc44.narod.ru/.

Конференция была организована на очень высоком уровне. Особую благодарность хочется высказать рабочей группе оргкомитета - В.Н. Жаронкину, О.В. Умеренковой и, конечно же, руководителю оргкомитета Владимиру Васильевичу Боброву, а также всем студентам и аспирантам КемГУ, оказавшим радушный прием на кемеровской земле. Спасибо Вам!

М.А. Корусенко, канд. ист. наук,
старший преподаватель кафедры музеологии ОмГУ

Copyrigt © Кафедра этнологии, антропологии, археологии и музеологии
Омского государственного университета им. Ф.М. Достоевского
Омск, 2001–2016